Mikaela Hyakuya






Вертолёты - отличная штука, говорит себе Лакус. Куда лучше, передвигаясь по небу, видеть как можно больше территорий вокруг, да и скорость у него значительно выше, чем у собственных двух ног. Неоспоримое преимущество перед пешими прогулками. читать дальше
Вверх страницы
Вниз страницы

Owari no Seraph RPG

Объявление



27.07.2015 Форум закрыт. Подробности здесь.

20.07.2015 ПРОВОДИТСЯ ПЕРЕКЛИЧКА. С подробностями можно ознакомиться в соответствующей теме.

19.07.2015 ВНИМАНИЕ! Читать всем! Произошло обновление административного состава.

21.06.2015. ВНИМАНИЕ! Изменены правила форума. Подробности здесь.

26.06.2015. Открыто голосование за лучшего игрока месяца. Приглашаем всех поучаствовать!

01.06.2015. Закончено голосование за игрока месяца и пост месяца! С результатами можно ознакомиться в этой теме.

29.05.2015. Для желающих играть на форуме открыта новая акция.

26.05.2015. Открыто голосование за лучшего игрока месяца. Приглашаем всех поучаствовать!

10.05.2015. Внимание! Была изменена хронология игры, пожалуйста, ознакомьтесь с ней снова.

05.05.2015. Открыта первая линейка квестов, подробности можно посмотреть здесь.

01.05.2015. Наш форум официально открыт. Идет активный набор игроков.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Owari no Seraph RPG » Альтернатива » AU. Зазеркалье


AU. Зазеркалье

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://images.freehdw.com/800/animals_other_city-lights_74374.jpg

Краткое описание: Существуют мириады миров, среди которых есть и похожие на наш, и совсем отличные. Существуют и зеркальные миры, отражения нашего, где право - это лево, а чёрное - это белое. Мир, в котором человечество подчинило вампиров. Где неоновые вывески гласят "заведи ручного кровососа сегодня!", а заменитель крови стоит в бутылках в одном ряду с кошачьей едой и клетками для канареек. Мир, в котором вампиры лишились своей силы благодаря ошейникам, вкалывающим разрушающую гемоглобин энзиму, и служат всего лишь бледными напоминаниями самих себя.
Мир, в котором человечество стало не менее жестоким хозяином, чем вампиры в нашем.
Место: квартира семьи Мики
Дата: 2012 год
Участники: Mikaela Hyakuya, Ferid Bathory

+1

2

Оплеуха матери заставила мальчика пошатнуться и отступить к выходу с кухни.
- Неблагодарная тварь, а ну подойди сюда!
Голос матери отражался от стен, звеня, казалось, по всей квартире. Теперь, когда мать не могла дотянуться до своего сына, в дело пошла кухонная утварь, и Микаэла увернулся от летевшей в него кастрюли с кипящим супом по счастливой случайности. Страх за собственную жизнь и боль от оплеухи застыли в глазах ребёнка, сделав его похожим на дикого зверька, запертого в клетке с хищником. На том месте, где он только что стоял растекалось дымящееся пятно, а побелевшая то ли от ярости, то ли от удивления женщина смотрела на него невидящим взглядом. Когда мать сгребла с разделочного стола нож, Мика застыл.
В этот раз она точно меня убьет! - мелькнуло в голове у мальчика и он опрометью бросился вглубь квартиры. Сзади послышались рыдания - значит всё, значит побои закончены до вечера. Конечно, когда придёт отец, мать расскажет ему, что он стал причиной беспорядка и Мике влетит так, как ему и не снилось, но до тех пор он в безопасности до тех пор, пока не попадается на глаза матери.
Но почему всё должно быть так? Он всего лишь сказал ей, что не голоден. Мика не понимал, чем он заслужил такое отношение. Его били за оплошности, но били и без них, каждый день становился для него битвой с родителями за собственное выживание. Каждую ночь, засыпая, мальчик боялся, что родители придут к нему ночью и прикончат. За что? "У всех дети нормальные, и только у меня Дьявол в шкуре ребёнка!" - вспомнилась мальчику фраза, когда-то сказанная матерью отцу.
Только когда за ним закрылась дверь его комнаты, Мика дал волю слезам.
- Ферид! - жалобно позвал мальчик, почти бегом добираясь до кровати и забираясь на неё, прижавшись к груди лежащего на ней вампира, пряча лицо у него на груди.

Мика не знал, зачем его семье понадобился домашний вампир. Строго говоря, Ферид даже не принадлежал им. Корпорация, предоставлявшая вампиров, утверждала, что они бессмертны и вместо контракта покупки подписывался контракт на аренду на 50 лет с дальнейшей возможностью продления.
Так или иначе, вампиры стали популярными игрушками людей, и его семья решила приобрести одного из них для домашней работы. Мать, ненавидевшая домашнюю работу, смогла передохнуть, а отец получил бесплатного грузчика, таскающего за него тяжелые вещи и сумки из машины.
Тогда Мика надеялся, что родители смогут больше отдыхать и станут добрее к нему, но это лишь ухудшило положение дел, - казалось, у матери стало просто больше свободного времени, чтобы его бить.
Мика же нашёл в Фериде своего единственного друга. Вернее, изначально вампир был агрессивен по отношению к нему и семье (инструкция, выдаваемая при покупки рекомендовала в таких случаях повышать дозу энзимы, впрыскиваемую ошейником, чтобы предотвратить попытку нападения со стороны вампира), но потом их отношения потихоньку утряслись, тем более, что вампира поселили с первых дней в комнате Мики. "Да пусть он тебя сожрёт." - кажется, так сказала мать, представляя мальчику его будущего сожителя.
Со временем мальчик начал всё свое время проводить рядом с вампиром. По крайней мере, тот его не бил. И это общение постепенно переросло в привязанность, а затем и в дружбу. Ферид развлекал его историями из жизни вампиров, успокаивал, когда тому было плохо, а Мика относился к нему гораздо бережнее, чем его хозяева, прекрасно понимая, в отличии, казалось, от всех остальных людей, что вампир или нет, но Ферид - живое существо.

Кожа и одежда вампира были прохладными и остужали разгорячённую пощёчиной и слезами щёку. Почти вся рубашка уже пропиталась слезами Мики, но они всё не останавливались - вместе с ними уходили боль, потрясение и страх, накопившиеся в мальчике во время стычки с матерью. Обняв вампира за шею, он ощутил под пальцами железный ошейник и стеклянный реципиент с ядом, встроенный в него. "Энзима", вроде бы так это называлось, но название не меняло того факта, что эта дрянь отравляла вампира, делая его беспомощным и покорным своим хозяевам.
Они оба здесь пленники, - грустно подумалось Мике, - он сам, неспособный выжить без родителей, и этот вампир, принуждаемый к работе и послушанию.
Если бы это было во власти Мики, то он отпустил бы его на волю, но тогда, скорее всего, родители изобьют его до смерти, за то, что он лишил их их дорогой игрушки.
Прижавшись к вампиру плотнее, словно пытаясь спрятаться у него в руках, Мика горько оплакивал их обоих, и себя, ненужного и ненавидимого родителями, и Ферида, который будет существовать в этом Аду вечно, в отличии от него, Мики, для которого смерть положит конец его мучениям рано или поздно.

+1

3

А так и есть - предметы покидают места,
А твои мысли как зверь, что затаился в кустах.
Здесь немое кино, вот как...
Здесь забывают дышать, здесь забывают...(с)

Он слишком ясно запомнил эту боль. Он мог рычать и клацать зубами сколько угодно. Так же сколько угодно он мог разрывать свою шею, острыми, словно лезвия когтями, пытаясь избавиться от надоедливого ошейника. Но каждая попытка его сопротивления хорошо не заканчивалась. Тонкая игла входила под толстый кожный покров почти безболезненно, так, что он ее даже не чувствовал. И вот тогда оно начиналось. Парализующая боль мгновенно пробегала по его венам, сковывая каждое движение, заставляя давиться собственной слюной, у которой тут же проявлялся кислый и горький привкус, то ли от крови, то ли от яда. Когда-то он был сильным вампиром, способным дать отпор любому. Теперь же это было лишь жалкое подобие – какие-то лохмотья, безумные красные глаза, обломанные ногти. Он сопротивлялся приручению до тех пор, пока не усвоил, что это бесполезно. Он все еще оставался силен для того, чтобы терпеть ежедневные инъекции, а значит, он должен был терпеть. Тем более что человеческая кровь ослабляла действие инъекций, ослабляла боль. Возможно, это были просто слухи, но, а чем черт не шутит? Риск, чтобы спасти собственную шкуру - всегда оправдан. В любом случае он не собирался провести вечность в этом плену. Но оставалась одна проблема. Где же взять человеческую кровь? Добровольно никто ей с вампиром не поделится, а любое насилие пресекалось этим гребанным ошейником. Значит, следовало сменить тактику. А вот сыграть свою роль Ферид был способен.

Он ведь был без преувеличения красив. Поэтому он стал вести себя тише воды, ниже травы, для того, чтобы его взяли семью в качестве комнатной собачки, или как это там. Его причесали, отмыли, подстригли когти, чтобы он в случае чего не мог никому нанести лишних травм. Ферид терпел все унижения, наступая себе на горло, зарывая гордость туда, откуда до нее было не добраться. И все же иногда натура зверя играла в нем. Особенно тогда, когда мерзкие твари, которые по стечению обстоятельств стали его «хозяевами» сделали его своим скотом. Они его били, унижали и делали все, чтобы на лице вампира никогда не возникало даже подобия улыбки. Здесь не срабатывали даже кротость и послушание. Он просто оставался вампиром, кем-то, кто был не просто второго сорта или комнатной собачкой. А чем-то похуже. По крайней мере, обращались с ним соответственно.
-Да пусть он тебя сожрет. – Ферид клацнул зубами в сторону хлопнувшей двери, не поворачиваясь в сторону обитателя комнаты.
-Мерзкие людишки. – Выругался вампир тихо так, чтобы его никто не услышал и только потом повернул голову к тому, кого, по словам доброй «хозяйки дома» ему надо было «сожрать». На него смотрел маленький мальчик. На вид ему было лет восемь. В больших голубых глазах стояли слезы. Острый глаз вампира тут же различил синяки от побоев и царапины от порезов. Как? – Пронеслась мысль в голове. - Или это тоже попытка приструнить? Но мальчишку Ферид к себе не подпустил, лишь клацнув зубами, и устраиваясь в углу комнаты. С этого момента он понимал, что его жизнь превратится в кошмар еще больший, каким была когда-то.

-Мика. – Ферид поднял голову и посмотрел на мальчишку, который протягивал ему ладонь, стремясь познакомиться с вампиром поближе. Вампир скептически хмыкнул, клыками, разрывая пакет с непонятной дрянью, которой их кормили, не особо обращая внимания на мальчонку.
-А как же «мой лорд», «господин», «хозяин»? – На последнем слове лицо Батори перекосило, выдавая его истинное отношение к своим «хозяевам». Если бы он был силен, как раньше, он бы смог за секунду разобраться со своими мучителями. Он бы сначала измучил их, а потом выпил досуха. Но глядя на свежее красное пятно на щеке мальчишки, Ферид невольно потянулся к нему, в какое-то мгновение передумав, и выдавив из себя улыбку.
-Ферид. – Он прикрыл глаза, ожидая побоев или очередной дозы яда, вкус которого застыл уже на языке вместе собственной кровью, но ничего не последовало. Вампир выгнул бровь, вопросительно глядя на мальчишку. Вот так просто? Потенциальная жертва была обозначена. План мгновенно всплыл в голове Ферида. Он чуть сильнее сжал пальчики руки мальчишки и залюбовался тем, как солнечный луч играет золотыми бликами на волосах Микаэлы.

Мика был для него действительно лучиком света в темном царстве. Через некоторое время неохотно, но все же вампир стал присматриваться к нему, проявлять интерес. Ферид прекрасно видел, что с мальчишкой обращались ничуть не лучше, чем с ним самим. И его потянуло к нему и между ними завязалось то, что можно, наверное, даже назвать привязанностью или дружбой. Все же эта жизнь, превратила его в эмоциональную тряпку. Когда-то Седьмой Основатель и думать не мог о том, что когда-то ему будет жалко (и жалко ли?) восьмилетнего мальчишку.
-Мика! – Ферид приподнялся на локте с его кровати и обеспокоенно посмотрел на него, протянув к нему тут же руки, стремясь обнять и утешить. Ферид покорно обнял мальчика, прижимая его к себе и ласково гладя по щеке, стирая слезы и проводя по волосам, зарываясь в них. Мика продолжал плакать, а вампир лежал рядом с ним, шепча на ухо успокаивающие слова, крепко обнимая. Ферид вздрогнул всего один раз, когда пальцы мальчишки коснулись ошейника. Вампир крайне не любил, когда до него дотрагивались, ведь любое неверное движение могло снова причинить ему боль, впрыскивая в вены яд. Но он лишь крепче прижал к себе Микаэлу, показывая, что не даст его в обиду и в следующий раз защитит. Но несколько предыдущих попыток провалились. Он ничем не сможет помочь ни ему, ни себе в таком состоянии.
В этот момент Ферид понял, что его план побега должен быть осуществлен. Обязан. Когда-то он смотрел на Мику всего лишь, как на жертву, но теперь вампир отказывался отпускать его от себя. Нельзя же было его оставлять людям. Этим грязным, жадным, ленивым, мелким тварям. Нет, Мика отправится с ним. Вот только согласится ли он?
-Мы сбежим отсюда, Мика.- Твердо сказал Ферид, не допуская возражений. Это было гораздо больше, чем обещание. Это было решение. И конечно слово «мы» подозревало, что они убегут вместе. Они будут всегда вместе. Ферид уткнулся в волосы мальчишки и замолчал.

+1

4

Руки вампира крепко обнимали его, отдавая ему его же собственное тепло, и Мика постепенно начал успокаиваться. Слёзы высохли на щеках липкими дорожками, а всхлипы становлись всё реже.
-Мы сбежим отсюда, Мика.
Пальцы, конвульсивно вцепившиеся в рубашку Ферида, разжались, оставляя за собой смятую ткань, и Мика сел, потерев лицо ладонями, словно снимая с него пелену прошедшей истерики, посмотрев на Ферида уже трезвым взглядом.
- Сбежим, Ферид, - мальчик кивнул, слабо, но искренне улыбаясь. Мика не верил в то, что они смогут сбежать, тем более вместе. В ошейнике Ферида находился чип, передающий его местонахождение, а Мику найдут и того быстрее, стоит только родителям заявить в полицию. Поэтому Хьякуя соглашался со словами вампира скорее для того, чтобы утешить.
- Прости, что разбудил тебя, - виновато посмотрев на вампира, Мика взял в руки прядь его волос, расчёсывая пальцами. Волосы Ферида ему всегда нравились. Они как жидкое серебро стекали с ладони, а, отражая лунный свет, они сияли и завораживали Мику ещё больше. Потупившись, мальчик позволял пряди соскальзывать с руку на руку, любуясь серебристыми отблесками. Мике всегда становилось стыдно после моментов слабости, в конце концов, у Ферида гораздо более плачевное положение, чем у Мики, он же не плачет. - Поспи ещё, я не буду тебя будить.
Как же изменились их отношения за такой короткий промежуток времени!
Мика ещё помнил одну из первых ночей, когда, проснувшись через пару часов после того, как заснул, он увидел над собой лицо вампира с оскаленными клыками. Вампир задыхался, судя по всему, ошейник сдержал его, но в том, что он собирался сделать сомнений у Мики не возникало. Наверное, мама была бы счастлива, найдя наутро бездыханный и обескровленный труп сына на кровати.
Следующие три ночи Мика спал в обнимку с ожерельем из чеснока, ровно до того момента, как Ферид заявил, что такого вонючего мальчика он не укусил бы даже если бы имел возможность.
Наверное, переворот в их отношениях произошел одним днём, когда Мика случайно присутствовал при избиении вампира и вступился за него. Правда, досталось в итоге знатно обоим и весь вечер и ночь были посвящены зализыванию ран у Мики в комнате. Именно тогда Мика спросил, почему Ферид не сбежал от них и узнал о свойствах ошейника вампира, именно тогда он понял, что Батори такой же пленник этой семьи, как и он сам.
С этого дня мальчик старался относиться к вампиру тепло, и неожиданно тот тоже стал подпускать его к себе.
И вот всё это привело к тому, что теперь Мика мог прижиматься к вампиру и чувствовать себя в полной безопасности.
Слова Ферида о побеге упали на подготовленную почву, - Мика давно размышлял над тем, как бы устроить побег вампира. Если Мика был обязан матери фактом своего рождения и терпел побои как и следует послушному ребёнку, то Ферид попал в их семью случайно и не заслуживал такого обращения. Поэтому, едва между ними установилась дружба, мальчик пообещал себе выпустить вампира на свободу так или иначе.
Правда, как именно он собирается это сделать, Мика ещё не знал. Основной проблемой был, конечно, ошейник со своей капсулой яда и чипом. Даже если мальчику и удалось бы разбить бронированое стекло и вылить жидкость, то Ферида поймали бы всё равно, отследив. А расковырять железку и вынуть оттуда чип не представлялось возможным.
Вампир отказался от сна, и поэтому Мика решил его распросить.
- Ферид, а как мы сбежим? Ты что-нибудь придумал? - мальчик понизил голос. Он не думал, что их кто-нибудь может подслушать сейчас, но перестраховаться лишним не считал.
Подняв на вампира полные надежды глаза, Мика ждал ответа, который сможет всё изменить. Ведь если у Ферида появились какие-то идеи, то их можно будет развить и составить чёткий план, который может и сработать. И тогда Ферид сможет выбраться отсюда.
Конечно, Мику жестоко накажут. Но мысли об этом наказании отошли на второй план перед возможностью освободить друга. Ферид должен быть свободен, он не заслуживает такой жизни.
Правда, тогда Мика снова останется один. Что ни говори, но появление Ферида сделала жизнь более терпимой. Не потому, что побоев стало меньше, нет, но потому, что в сплошной кошмар теперь вклинивались светлые моменты их совместного время препровождения.

- Ферид, иди сюда! - Мика похлопал по кровати, держа расчёску в руках. Едва вампир сел рядом, мальчик встал на колени у него за спиной, распуская стянутые лентой волосы. - Дай я тебя расчешу, у тебя волосы все спутались.
Любовно распутывая колтуны и приводя мягкие волосы в идеальный порядок, мальчик успокаивался от монотонного занятия, начиная улыбаться.
- Ферид, если бы ты мог от нас уйти, то чем бы ты занялся? Вот я бы, наверное, пошёл сразу работать и заработал бы на целую гору сладостей. И ел бы только то, что нравится... Жалко, что вампиры не едят ничего, я бы и с тобой поделился.
Болтая, мальчик пригладил ставшие шелковистыми волосы и начал собирать их обратно в хвост.
- Конечно, если бы я сбежал, то только с тобой, Ферид, мы ведь теперь друзья, да? А друзей нельзя оставлять в беде, поэтому мы убежим вместе!

Отпустив волосы вампира, Мика посмотрел ему в глаза, открыто улыбаясь.
- Если тебе приходит в голову какая-то идея, то обязательно мне рассказывай, ладно? Я же обещал вытащить тебя отсюда, поэтому мне нужны любые твои идеи.
Мне будет тебя нехватать, Ферид. Когда ты уйдёшь отсюда, ты будешь меня вспоминать?
Мика снова обнял вампира за шею, прижимаясь. У мальчика было слишком живое воображение, которое уже рисовало ему одинокие ночи, наполненные не разговорами, а гнетущей тишиной. Если Ферид уйдёт, то он больше никогда его не увидит. Мике было трудно бороться с эгоистичными порывами оставить всё как есть. Предательский внутренний голосок говорил ему, что не хочет отпускать Ферида. Разве им не хорошо вместе? Разве порознь станет лучше? Мике точно нет.
Нельзя так думать, конечно нельзя. Впрочем, стоило послушать, что скажет Ферид. Возможно, Мика зря заранее терзает себя противоречиями. Может, у вампира и нет никаких идей, а он тут уже раздул из его освобождения целую трагедию.

+1

5

Глухая тишина, холодный воздух и расходятся круги.
Не говори мне - нет, не говори мне - да,
всё это полный бред, над нами провода
и в небе столько звёзд, что не собрать их в горсть.(c)

Все, что ему требовалось – это его согласие. Согласие на то, что они будут вместе, даже если сбегут. На губах вампира появилась легкая улыбка. Впервые в жизни Ферид надеялся, хотя думал, что это ему несвойственно. Еще совсем недавно он полагал, что все его эмоции давным-давно умерли, превращая его в настоящего монстра из сказок и легенд и все-таки сейчас, когда Мика выпустил его из объятий и сел напротив вампир невольно потянулся к мальчишке снова, стирая уже подсохшие дорожки слез и гладя по голове, отвечая на его вопрос.
-Ничего страшного. Все равно много с этой дрянью на шее не проспишь. – Вампир наклонил голову, демонстрируя мальчику свой ошейник с капсулой яда и нервно дергаясь при одном упоминании, как эта маленькая штучка отнимала у него все - кем он был, превращая  в безвольное создание. Фериду претили подобные перемены. Но все, же наличие хороших сторон было сложно отрицать, особенно когда Мика взял прядь его волос в руки и принялся расчесывать его волосы. Батори нравились подобные ласки. В такие моменты себе он напоминал большого кота. Вот и сейчас он потянулся к рукам мальчика, кладя голову ему на колени, прикрывая глаза, забываясь под его теплыми и ласковыми руками, которые Ферид даже, наверное, смог бы назвать родными.
-Нет. – Возразил Ферид, отказываясь от сна в пользу общества Микаэлы, лениво приоткрывая один глаз. – Просто посиди со мной.

В первый раз он отнесся к подобному обращению с опаской. Действительно в первые две недели тот лоск, который навели на вампира перед продажей, спал – серебристые волосы спутались, а их состояние оставляло желать лучшего. Да и, не смотря на дружелюбное отношение Микаэлы, Ферид не подпускал его к себе, ибо было неизвестно, как родители отреагировали бы на нападение такого монстра на свое чадушко, пускай и не слишком любимое. Потому он подобрался ближе к мальчику и сел рядом с ним, чуть склоняя голову в его сторону. Следующие два часа Ферид периодически морщился от боли, но тут, же успокаивался под ласковыми движениями теплых рук, которые заставляли его забывать, что происходило в его жизни на самом деле. Мечты мальчика выглядели слишком наивными, хотя, что было взять от восьмилетнего ребенка. Самым честным ответом было бы – я стал бы питаться твоей кровью и начал бы убивать людей – всех мерзких мучителей, что загнали меня в этот плен! Но вместо этого вампир просто улыбнулся.
-Я бы убежал из этого города. Навсегда. – Он теоретически знал, где проживала небольшая колония вампиров и Ферид думал, что им наверняка живется много лучше, чем ему. По-крайней мере на них нет ошейников и они не питаются непонятной дрянью. До конца Ферид это не продумал – главное было вырываться. После его заточения это превратилось в нечто вроде навязчивой идеи. Ферид даже и не почувствовал, когда мальчишка закончил с его волосами и принялся собирать их в хвост. Тогда он будто вернулся в реальность, и серебристые волосы рассыпались по плечам. Вампир крепко сжал руки Микаэлы.
-Конечно, мы – друзья. И убежим обязательно вместе. Я тебя никогда не оставлю.
Обещания – даже для такого, как Батори это был не пустой звук. Он не мог обещать Микаэле лучшую жизнь, но освобождение от плена мог вполне. И потому Ферид мягко улыбнулся, глядя прямо в глаза Микаэлы, медленно отпуская запястье мальчика и переплетая пальцы своей руки, с его крепко сжимая, подтверждая свои слова, кивая собственным мыслям и разворачиваясь обратно, дозволяя Микаэле доделать работу его рук.

Когда руки мальчишки перестали трогать голову, вампир открыл глаза и чуть приподнялся, чтобы заглянуть Мике в глаза. Ему нравилось смотреть в его глаза – они цепляли, но в них невозможно было потонуть. Они словно бы удерживали тебя на плаву, согревали, давали надежду.
-У меня есть одна идея, - уклончиво ответил ему вампир. – Только боюсь, она тебе не понравится. – Батори прикусил губу и отстранился от мальчика, садясь рядом с ним, обдумывая, стоит ли ему доверять подобные тайны. Все, происходящее в последнее время в его жизни, работало на это решение и теперь ему требовалось лишь одно – согласие Микаэлы. Ферид вздохнул и начал выкладывать мальчику план, который он построил в своей голове задолго до их знакомства.
-Когда я был еще в «питомнике» ходили слухи о  том, что человеческая кровь, ослабляет действие инъекций. Следовательно, если принимать ее достаточно долго – можно избавиться от действия яда полностью и вывести его из организма. Но просить тебя о подобной жертве я не вправе. Но есть одно маленькое «но» - ты должен отдать ее добровольно. – Ферид потянулся и коснулся еще не совсем зажившего следа на его щеке. Батори знал, что он прав. Потери крови совместно с побоями и частыми недоеданиями Мика мог и не выдержать. А напасть на него Ферид не мог, потому что уже попробовал один раз. Но гребанный ошейник слишком не вовремя впился ему в горло снова, заставляя замереть, чувствуя, как знакомая боль пускает по венам ток. С этого дня Батори не экспериментировал с добровольным согласием людей. Тем более, что после того случая Мика стал сторониться вампира и спать в ожерелье из чеснока. После этого Фериду не раз приходили в голову мысли о том, что мальчик не готов расставаться со своей кровью добровольно. Но теперь все изменилось – их отношения стали теплее и мягче. Словно в подтверждение его словам Мика обнял вампира за шею, и ему ничего не оставалось, кроме как обнять его в ответ. Батори прикрыл глаза и, опустив голову, уткнулся мальчику в плечо.
Да, некоторое время назад Мика озаботился о том, как именно ему удастся вытащить вампира из западни, в которую он попался и пообещал его вытащить. Вампир конечно подобным обещаниям не верил. И недоумевал, как же он мог так измениться за такой короткий срок. Если прежний Ферид Батори непременно бы поступил эгоистично, только получив согласие Мики, то в своем нынешнем состоянии вампир считал невозможным так поступить с мальчишкой.
-А я тебе ответил, что если и выбираться из этого города - то вместе. Или ты и вправду полагал, что я могу тебя оставить здесь одного? Мне… - Ферид замолчал, соглашаясь с печальной истиной в своей голове. – Будет одиноко без тебя.
Действительно, без светлых моментов с Микаэлой нынешняя жизнь Ферид превращалась в кошмар из побоев, инъекций, непонятной дряни из пакетика, и мучительно долгих восстановлений. Он становился все больше похож на человека – стал показывать эмоции и слабости, а может быть он действительно мог расслабиться в его обществе. Настолько, что он переставал видеть в людях, а конкретно в этом мальчике врага для себя. Ферид тихо выдохнул, вдыхая запах его кожи оказавшейся так близко, чувствуя подступающий голод и легкую тупую боль в клыках, которые жаждали погрузиться в кровь, а не в эту дрянь, которой он питался последние несколько лет, ощутить, как тепло разливается по жилам и как постепенно к нему возвращается прежняя сила и желание жить, а не в один прекрасный день быть задушенным этим ошейником. Но Ферид промолчал, скрывая от своего маленького друга свои желания, лишь крепче прижимая к себе, зарываясь в его волосы, пытаясь тем самым успокоиться и подавить безумную жажду, от которой пересыхало в горле.

+1

6

-У меня есть одна идея.
Мика вскинул голову, обращая всё внимания на вампира. Ферид никогда раньше не предлагал ему никакого плана, и сейчас мальчик был готов уцепиться за любую надежду, любую потенциально жизнеспособную идею. Батори честно предупредил его, что идея ему не понравится, и, слушая о тех слухах, что ходили среди вампиров, Мика невольно подумал о том, что вампир прекрасно его изучил. Идея Мике действительно не нравилась. Рука мальчика невольно коснулась гладкой кожи шеи, словно пытаясь нащупать там иллюзорные раны.
Мика ещё слишком ясно помнил ту первую ночь и нападение Ферида, страх помог ему запомнить всё до мельчайших деталей.
Нет, Ферид больше такого не сделает. - твёрдо сказал себе Мика, успокаивая разбушевавшееся на пустом месте воображение. Они с Батори стали друзьями и, как и полагается верным друзьям, они должны доверять друг другу. Раздумывая над этой идеей, Мика машинально поглаживал свою шею, пытаясь взвесить все "за" и "против".
Это может не сработать. Мика мало разбирался в вампирах и устройстве их организма, а также в действии проклятой энзимы и не был уверен, что она не отравит его кровь, попавшую в организм вампира.
Но, с другой стороны, если план действительно сработает, то Ферид будет свободен, Мика сможет выполнить своё обещание, данное другу. Вампир сделал для него столько хорошего, что мальчик просто обязан помочь ему. Да, обязан, - твёрдо сказал себе Мика, отметая все сомнения и душевные метания.
- И мне будет одиноко без тебя, Ферида. - тихо отозвался мальчик, ловя руку вампира и прижимая её к своей щеке. Прохладная кожа вампира остужала ссадину и утоляла боль. Он уже знал, что скажет Фериду, но сознательно оттягивал этот момент, момент, когда он согласиться добровольно потерять своего друга и подарить ему свободу от своей семьи.
- Ферид... - начал Мика примерно в то же время, как вампир прижал его к себе, заставляя Мику снова прерваться и набраться смелости, чтобы продолжить. - Ферид... Я сейчас пойду гулять.
Нет, это не то, что Мика хотел сказать, совсем не то! И всё же мальчику нужно было время обдумать всё, что будет с ним происходить и неизбежный конец их совместного предприятия. - И когда я вернусь, ночью, когда все уснут... Я дам тебе свою кровь.
Отстранившись, Мика посмотрел в алые глаза вампира. Сказанные глаза словно поставили крест на всех возможных метаниях, которые, вне всякого сомнения, будет испытывать Мика во время своей прогулки. Теперь, когда он дал обещание и надежду вампиру, он уже не сможет пойти на попятный.
Потянувшись, он поцеловал вампира в щёку и слез с его колен, а затем и с кровати, собираясь.
- Жди меня. - оказавшись у двери, Мика улыбнулся вампиру и выбежал из комнаты.
Мика решил, что для сдачи крови больше всего подойдёт ночь. Родители будут спать, а вампир нет, и тогда об их секрете никто не узнает. Ведь кровь Фериду придётся давать не единожды, а, застав их один раз за этим занятием, родители могли не только убить их обоих за попытку освободить вампира, но и разлучить их, чтобы такое больше не повторялось. Нет, определённо, самым подходящим временем для таких дел будет ночь.
К тому же, несмотря на то, что Мика уже дал слово, он всё ещё отнюдь не чувствовал себя уверенно. Несмотря на то, что мальчика почти ежедневно били, он не любил боли и старался всячески её избегать, если это было в его силах. Теперь же он согласился на боль добровольно и ему предстояло убедить в целесообразности своего деяния ещё и насмерть перепуганный организм, который с его решением соглашаться категорически отказывался.


Вернулся Мика ближе к полуночи, умыкнув с собой копию родительских ключей, за что, конечно же, ему влетит завтра от матери. Впрочем, сейчас его мысли занимали не возможные побои и неприятности, а совсем другое. Побродив бездумно по городу в течении нескольких часов, Мика сумел собрать в себе все крохи храбрости и решительности, которые у него были. В нём даже проснулась весёлая, нездоровая бесшабашность. Отдать свою кровь вампиру? Легко, это же не страшнее комариного укуса! Чего ему бояться?
Правда, на то, чтобы добиться такой решимости, ему потребовалось пройти через все круги Ада, начиная с метаний по поводу потери Ферида и слёз по этому поводу, и заканчивая жалостью к самому себе и детальным разбором предстоящего процесса сдачи крови.
Стараясь неслышно передвигаться по квартире и не разбудить спящий родителей, мальчик шмыгнул в свою комнату, немного нервно приветствуя Ферида, взмахом руки.
- Я только на пять минут в душ, - сообщил он вампиру шепотом, забирая свою пижаму и вновь выскакивая за дверь.
Ему и правда нужно было вымыться от городской пыли и слёз, но теперь Мике казалось, что вампир непременно подумает, что он забыл о данном ему днём обещании или пытается отказаться от него. Сомнения эти, конечно же, рождались из подсознательных страхов мальчика, твердивших ему, что всегда можно отыскать другой путь к спасению, не прибегая к добровольному насилию над собой. Вместе с этим нервным ощущением росло и внутреннее давление совести, говорившей Мике, что данное один раз слово нарушить уже никак нельзя. Он просто уничтожит сложившуюся между ними дружбу, откажи он вампиру сейчас. Решимость, столь большим трудом накопленная за вечернюю прогулку, таяла на глазах, как свеча, опалённая пламенем его сомнений и страхов.
Вымывшись и одев пижаму, Мика нерешительно стоял у двери в душ, прислушиваясь к звукам квартиры. Сейчас он выйдет и пересечёт коридор, зайдёт в свою комнату и... И пути назад уже точно не будет.
Ты мальчик или сопливая девчонка?! - одёрнул он сам себя и направился в свою комнату.
- Ферид, - позвал он к себе вампира, вновь, как много раз до этого, хлопая по постели, предлагая сесть рядом с собой.
Когда вампир сел рядом и Мика встретился с ним взглядом, мальчик почувствовал смесь нервозности и страха.
- Я...я готов. - Мика надеялся, что вампир не услышит дрожь в его голосе и не поймёт, насколько он на самом деле не готов к этому.
Сев ближе к вампиру, Мика оттянул ворот пижамы, оголяя шею и плечо, борясь с желанием зажмуриться.
- Мне надо что-то сказать, чтобы ошейник не подействовал? Надо как-то убедить его, что я согласен? - быстро осведомился Мика, вновь пытаясь оттянуть неизбежное. - Наверное, надо просто вслух согласиться?
Сердце билось в груди Мики испуганной птицей.
Одарив вампира нервной улыбкой, мальчик громко произнёс первое, что пришло ему в голову:
- Ферид Батори, возьми мою кровь, я отдаю её тебе.

+1

7

Обмотаны веревкой пальцы
Любовью это называем мы
И я тебе во всем признаюсь
Только подожди(c)

Одиноко. Он все еще не до конца понимал, что значит это слово. Может быть, потому что не сталкивался с подобным, а может быть потому что, когда он стал вампиром эмоции и привязанности атрофировались, как нечто ненужное тому монстру, каким Ферид стал. Но Ферид точно знал, что сейчас, в этот самый момент отнять у него самое дорогое, означало проститься с Микой. Он часто ловил себя на мысли о том, что он будет чувствовать, если они расстанутся. Пустоту. Незаживающую дыру в груди, которая срастется по краям со временем, чтобы не было больше больно. Но у него есть вечность, чтобы зализать раны. Снова стать тем же монстром. Сможет ли он это сделать? Или с появлением мальчишки в его жизни все слишком переменилось, на 180 градусов. Да и хочет ли он сам становиться прежним? Хищника в себе нельзя было убить. Он чувствовал, как простые охотничьи инстинкты срабатывали сразу, как Микаэла приближался на критическое расстояние. Под влиянием яда и собственным контролем разума Ферид мог контролировать каждый свой шаг, делать все, чтобы не причинять ему вреда. Но если его кровь вернет к жизни те силы, что до этого спали в вампире, вопрос уже не будет стоять в том, выдержит ли Мика. Вопрос в том, сможет ли Батори удержать контроль над собой.
Ферид поднял голову, когда Мика позвал его по имени, концентрируя на мальчишке взгляд и согласно покивав на все его слова. А вот мысли вампира текли в абсолютно ином направлении. Внутреннее чутье диктовало – Мика боится, сомневается. В конце-концов, кто мешает мальчику, сейчас согласиться, а потом сдать его родителям или полиции. Батори и сам не до конца понимал, что именно было хуже. Но останавливать Микаэлу он не стал, молчаливо наблюдая за его сборами одними глазами. Это был выбор – довериться мальчишке, чтобы потом он доверился в ответ. На ум вампиру снова пришло нелестное сравнение с размякшей тряпкой. Ферид, по меньшей мере, чувствовал себя крайне странно. Доверие монстрам тоже не было свойственно. Что именно заставило его так измениться в себе?
-Пока. – Задумчиво откликнулся Батори, протягивая руки к подушке и откидываясь на нее, возведя взгляд алых глаз к потолку. Ему было о чем подумать. Хотя бы о том, что вампиры не стоят ни обещаний, ни доверия, как и многие люди, в общем. Просто вся фишка была в том, что периодически, Фериду казалось, что люди Мике важнее, чем он сам. И Батори не мог упрекнуть мальчишку в подобных размышлениях. Хотя возможно это была пресловутая ревность. В то время как у Микаэлы были родители, у Ферида не было никого.
Раньше он использовал всех и вся, обманывая, наживаясь на чужом доверии и подбирая ключики к чужим слабостям, отлично скрывая собственные. Ферид Батори всегда следовал лишь собственной выгоде. Но лишь одно у него было не отнять – умение ждать. Нужного часа, нужного момента. И как полагается хищнику, который поджидает добычу, вампир прикрыл собственные глаза, обращаясь в слух, чтобы не упустить момента, когда вернется Мика. Если тот конечно вернется, не испугавшись собственной плачевной участи.


Он услышал его тихие шаги еще в коридоре. Ферид резко распахнул глаза и приподнялся на локтях, стараясь унять внутреннее волнение. Страх быть преданным самым близким существом перекликался со страстным желанием, наконец, получить человеческую кровь. Ферид нервно прикусил губу, неуверенно махая мальчишке в ответ. Что же ты выбрал, Мика? Людей или меня?
Ферид потянулся к Мике почти сразу, как тот появился в комнате, явно теряя терпение, пытаясь довести игру до конца, сохраняя над собой контроль. Но разум покидал его тело с каждой секундой, отбрасывая сомнения прочь, оставляя лишь предвкушение долгожданного удовольствия, в котором Ферид уже не смог отказать себе. Однако, прошмыгнув мимо него, Мика взял пижаму и тут же скрылся обратно, оставив вампира в легком недоумении. Или? Невольно задался прежним вопросом Ферид, снова применяя все свое терпение, чтобы не сорваться с места, поджимая губы. Нет, чтобы ни случилось – Мика не должен его бояться. Батори выдохнул и принялся снова ждать.
Микаэлы не было довольно долго. Но вампир понимал, мальчишке нужно время, чтобы решиться на столь отчаянный шаг. И Ферид был обязан ему предоставить это время. Однако Ферид успокоено выдохнул, когда Мика снова очутился в комнате и жестом пригласил его сесть рядом с собой. В этот момент вампиру показалось, что его конечности утратили способность двигаться и он медленно, отсчитывая про себя секунды, подошел к Мике, садясь рядом, невольно поднимая на него взгляд и заглядывая в глаза.
Невольно видя страх мальчика перед собой, Батори потянулся к нему, обнимая его за плечи и ласково проводя руками по плечам, притягивая ближе к себе, осторожно целуя в лоб, прикрывая глаза.
-Спасибо тебе, Мика. Я ценю твою помощь. Поэтому просто постарайся мне довериться. Мы же друзья, помнишь…
Ферид действовал крайне осторожно, мягкими и плавными движениями, отнимая ту руку, которой Мика вцепился в свою собственную одежду, сжимая в своей ладони, стремясь унять нервную дрожь, которая била мальчика после его согласия. После прозвучавшей фразы Батори выдохнул и улыбнулся. На секунду ему показалось, что ошейник стал меньше давить на шею, освобождая Фериду поле для деятельности. Вампир благодарно улыбнулся своей будущей жертве и одним резким движением набросился на него, впиваясь клыками в шею, разрывая кожу и ощущая на губах теплую, почти горячую восхитительно сладкую человеческую кровь. О, игра определено стоила свеч, - успела пронестись мысль, прежде чем Ферид потерял над собой контроль.
Вампир прикрыл глаза, наслаждаясь моментом, обнимая мальчика обеими руками, крепко прижимая к себе. Вот только это не были обычные успокаивающие объятия, это была хватка хищника. Стальная, сильная, уверенная. Кровь Мики, разогревала все окаменевшие внутренности, пробегала по жилам, она даже немного обжигала горло с дикой непривычки, но смесь этих ощущений, заставляла Ферида хотеть большего. Выпить мальчишку досуха. Голод постепенно сносил все барьеры разума. Ферид даже не сразу заметил, как тело мальчишки обмякло у него в руках, отдавая Батори последние жизненные силы.
И в этот момент в голове вампира прозвенел тот самый звоночек, что он не просто пьет кровь из мальчишки. Он убивает его. С каждым глотком жизнь уже покидала тело мальчишки, оставляя его буквально висеть на волоске. И Ферид заставил себя от него оторваться, уже осознавая последствия. Вампир нехотя поднял голову, облизывая окровавленные губы и бережно укладывая Мику рядом с собой. Звать на помощь нельзя. Услышат и поймут, а потом еще и обоим достанется. Вампир наклонился к груди мальчика и прислушался. Сердце билось, но уже слабо. Точно так же прерывисто вздымалась грудь мальчишки. И вампир оставил Мику в покое, бережно накрыв одеялом. Что если после того, как Мика очнется, он откажется ему давать свою кровь впоследствии? Ферид спрятал лицо в руках, стараясь не смотреть в сторону мальчика, и не реагировать на такой знакомый терпкий и манящий запах. Но он чувствовал – сработало. Значит еще немного, и он сможет вырваться из этой клетки. Но выдержит ли Мика это испытание?

+1


Вы здесь » Owari no Seraph RPG » Альтернатива » AU. Зазеркалье