Owari no Seraph RPG

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Дворец

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

Главное здание всего Сангвинема - здесь живёт Крул Цепеш, королева вампиров, и её приближенные. Здесь же проходят совещания Основателей, и отсюда же исходят приказы и направления на миссии. В дневное время здесь можно встретить многих вампиров из числа аристократии, желающих обсудить что-то со своим лидером.

0

2

---Начало игры.---

12 Мая 2020 года
12:00-18:00 дня

There's no reflection when you look in the mirror
You're out for blood and you can smell the fear
You need poison
Like it's the only thing that keeps you alive(c)

Несколько дней назад, на собрании всех вампиров Крул Цепеш – Королева Японии объявила войну людям. Ферид сидел на задних рядам и улыбался, слушая тонкий и властный голосок своей королевы. Война была очевидным шагом. Все это был всего лишь вопрос времени. Но у Ферида Батори были свои причины принять активное участие в этой войне. Помимо захвата новых территорий и возможности вывести стражу за пределы Сангвинема, у Ферида так же присутствовал личный интерес.
А его личный интерес касался Микаэлы Хьякуя – любимого слуги, которого следовало подготовить к вылазкам в Наземный город. Это была война. И на крови Крул он долго не продержится, хотя еще сам об этом наверняка не подозревал, ослепленный своей гордыней и высокомерием. Но Ферид знал, что красивые речи не имеют стоимости. Но с удовольствием посмотрит, как медленно будет ломать Микаэлу, убивая в нем все хорошее, все то, чем он дорожил, настраивая его против себя, же самого. Что могло быть увлекательнее, чем игра с чужой жизнью, помыслами и разумом. К которой сам лорд Батори приложил руку.
Вылазки не пройдут бесследно, и очень возможно, что Мика попытается сбежать, как только найдет своего друга. А вот это уже в планы Ферида не входило никоим разом. Восемь лет назад, Микаэла Хьякуя стал принадлежать ему – и лорд Батори не собирался менять эту аксиому. И для того, чтобы удержать щенка на поводке – был придуман план, легкий в исполнении. План заключался в том, чтобы закрепить на Мике устройство, которое поможет Фериду прослушивать все его разговоры и отслеживать его местоположение, чтобы не удрал далеко, а оставался в зоне досягаемости, чтобы не произошло.
Потому день начался с поисков подопечного в залах дворца и прилегающих комнатах. Ферид знал, каждое из излюбленных мест, где любил бывать Микаэла, потому найти его не составило особого труда. Еще издали лорд Батори приметил белый плащ и золотистые волосы своего ученика. Алые глаза блеснули, а губы растянулись в похотливой ухмылке. Лорд шел неторопливо, плавно, а стук каблуков его сапог отражался от стен и распространялся эхом в пустом зале.
Мы снова остались наедине, Мика…

-Мика!- Голос Ферида был радостным, и тут он не лукавил. Любая встреча с Микой давала лорду Батори порцию хорошего настроения на остаток дня. – Мика!
Лорд Батори никогда не звал его полным именем, предпочитая сокращать до ласкового. С Феридом и его привычками спорить было трудно. Еще труднее было оторвать его от излишних посягательств. Прежде всего, Фериду нравилась реакция. Иногда Мика краснел, подобно любому подростку, а ясные голубые глаза затуманивались, вертикальные зрачки расширялись, подобно кошачьим. Подобные метаморфозы во внешнем облике подопечного привлекали лорда Батори. А еще ему нравилось чувствовать, что Мика не смотря на то, что стал вампиром, остался живым. Его кожа сохранила нежную теплоту, ее было приятно касаться, ощущая такую разницу температур со своей собственной.
-Мика!!! – Улыбка лорда перестала быть хищной и похотливой, чуть меняя интонации его голоса, вот только дикий блеск в глазах, когда Ферид смотрел на Микаэлу, выдавал вампира.
-Ждешь, не дождешься, чтобы мы отправились спасать твоего маленького драгоценного ангелочка?! – Рука в перчатке хозяйским жестом легла Мике на плечо. Лорд Батори требовал платы за все свои услуги. В том числе и за то, что это именно его люди отследили Юичиро. Второго сбежавшего мальчика. Кто сказал, что Ферид был не заинтересован в этом лично…
Он осторожно обошел Мику парой шагов и встал сзади, обнимая и крепко прижимая к себе, не давая возможности вырваться. Ферид отлично умел привлекать на себя внимание своими откровенными действиями. Рука лорда привычно скользнула под плащ, и легла на талию Микаэлы.
-Мне интересно, как ты поступишь, когда найдешь его. – Голос лорда опустился до шепота и стал томным и вкрадчивым. Пальцы спустились ниже, касаясь бедра, пробегаясь по ткани брюк. Ферид прикрыл глаза, отдаваясь во власть собственной игры, и позволяя себе немного больше, чем следовало бы. Вампир наклонил голову, вдыхая запах его кожи. Человеческий запах. Он заполнял сознание, превращая вампира в дикого зверя. Желание на секунду перекрыло все его мысли, и Ферид продолжил.
-Ты снова попытаешься от меня сбежать, Ми-ка? – Губы Ферида сомкнулись на коже шеи подопечного, оттягивая ее, приближая ощущения максимально к укусу вампира. Ему безумно хотелось впиться в нее клыками, но лорд сдержался и просто коснулся покрасневшего места легким поцелуем.
Он прекрасно помнил, чем окончилась предыдущая попытка побега Юичиро и Микаэлы, и как Ферид безжалостно расправился с последним. Он все еще Седьмой Основатель и все еще сильнее и хитрее их обоих.
На деле эта небольшая комедия имела определенную цель. Отвлекая внимание Мики своими прикосновениями, лорду удалось незаметно прикрепить к его одежде булавку с подслушивающим устройством. Булавка была маленькой и незаметной, а прикосновения Ферида достаточно настойчивы. Он уткнулся в шею Мики и замолчал в ожидании его ответа.
Ты принадлежишь мне до тех пор, пока я сам тебя не отпустил…

Отредактировано Ferid Bathory (2015-05-08 14:17:15)

+1

3

--Начало игры --

12 Мая 2020 года
12:00-18:00 дня

You can't quit until you try
You can't live until you die
You can't learn to tell the truth
Until you learn to lie (с)

Всю ночь проотсутствовав в Сагвинеме, Микаэла вернулся в ненавистный ему дом выжатым и раздражённым. Несмотря на то, что единственным его желанием было добраться до душевой и смыть с себя усталось, - моральную, он почти не уставал физически, - ему предстояло ещё добраться до Крул и доложить о проведённой в городе работе.
Уже вторую неделю Мика, в числе других стражей, пытался отыскать в горах Киото мифический анклав людей, не даваший покою королеве. А когда Крул что-то беспокоило, королева не успокаивалась, пока все вокруг не беспокоились вместо неё.
Вот и сегодня анклав людей не был найден, и Хьякуя спешил доставить королеве неприятные новости, выслушать всё, что Крул сочтёт нужным его высказать, а затем отправиться в душ и в постель, чтобы хотя бы на пару часов выпасть из окружающей действительности.
Он не хотел признаваться в этом даже себе, но, на самом деле, его гнала к Крул не столько необходимость отчитаться перед ней, сколько жажда крови. Очередная пробирка подошла к концу и Микаэле пришлось вскрыть запасную, припрятанную на самый крайний случай.
От мыслей о крови и своей зависимости от неё ему всегда становилось плохо, а потому он всегда старался считать себя просто исполнительным подчинённым, спешащим к королеве с докладом, нежели кровожадным монстром, бегущим навстречу со своей жертвой.
-Мика!
Знакомый голос за спиной заставил Мику вздрогнуть и прибавить шагу. Методичный стук каблуков Ферида возвестил о том, что и это утро, как и бесчисленное количество их до этого, не пройдёт для молодого вампира спокойно.
-Мика!!!
Игнорируя настойчивый зов, Хьякуя прибавил шаг ровно настолько, чтобы не терять самодостоинства и не перейти на бег. Разговаривать с Феридом ему не хотелось. Даже несмотря на то, что Мика был поручен ему с того самого момента, как стал вампиром, и Батори прилежно (даже слишком) исполнял роли попечителя, няньки и учителя попеременно, для Микаэлы он навсегда оставался убийцей, лишившим его семьи. И никакие приторные улыбки и помощь старшего вампира не могли изменить его восприятия.
К тому же, Ферид прекрасно знал его отношение к себе и нарочно вис на Мике, испытывая его терпение, провоцируя мальчика на всплески эмоций и агрессии, а затем без труда избегая всех его ударов.
Поэтому по большей части Хьякуя Ферида игнорировал, до тех пор, пока тот не заходил слишком далеко, как, к примеру, в этот раз:
-Ждешь, не дождешься, чтобы мы отправились спасать твоего маленького драгоценного ангелочка?! - рука Батори легла ему на плечо, заставляя Мику остановиться, и уже через минуту перед ним маячила улыбающаяся физиономия Ферида, на расстоянии слишком близком, чтобы Мика считал его комфортным. Прежде, чем рука Хьякуи дотянулась до меча, он оказался прижатым к вампиру в Баториевской фирменной вариации "дружеских объятий".
-Мне интересно, как ты поступишь, когда найдешь его.
Кое-как высвободив руки, Мика упёрся ладонями в плечи Ферида, методично отдирая его от себя. Этот спектакль был уже привычным для обоих. Четыре года назад Мика бы орал на Ферида и брыкался бы, пока не сорвал бы голос и не получил бы либо долгожданную свободу, либо затрещину и совет стоять смирно. Годы шли, и Хьякуя привыкал к слишком откровенным прикосновениям, к вечным издевательским комментариям и мерзким намёкам вампира, поэтому на этот раз он остался спокоен, лишь окинув Ферида ледяным взглядом, от которого могла бы застынуть вода под летним солнцем.
- Это не твоё дело, Ферид, - попытался отбрить Мика, но Батори едва ли его слушал, уже склоняясь к его шее.
-Ты снова попытаешься от меня сбежать, Ми-ка?
Это был театр одного актёра. Обычно от Мики не требовалось отвечать, - Ферид отлично справлялся и со своими фразами и с его тоже. Всё, что нужно было этому ублюдочному садисту - слышать его крики, будь они криками злобы или страха, и сейчас его руки, шарившие где-то ниже талии, методично доводили молодого вампира до белого каления.
След, оставленный на шее стал последней каплей. Он и фраза Ферида порождали в уме Мики самые тёмные, самые болезненные воспоминания, которые он не хотел бередить.
- Нет, Ферид, я не буду от тебя убегать во второй раз, это было ошибкой, - уперевшись старшему вампиру в плечо рукой, Мика резко отстранил его от себя, освободив себе достаточно места, чтобы вытянуть меч и выставить его остриём вперёд между ними. - В следующий раз я тебя убью.
Хьякуя пытался говорить бесстрастно, но его голос невольно звенел от ярости и ненависти, а перед глазами вновь вставала кровавая картина, не покидавшая его разум в течении четырёх лет.
Обуздать свои эмоции было сложно, но Мика справился и взгляд его вновь погас, уступая место привычному холоду и пустоте. Он знал, что не может убить Ферида сейчас. Даже если бы это было ему по силу, другие вампиры казнили бы его немедленно и Ю-чан, которого Мика так жаждал отыскать, остался бы один среди людей, использующих его. Поэтому Хьякуя не мог позволить себе необдуманные действия. Вернув меч в ножны с тихим звоном, он поднял взгляд на Ферида снова.
- Меня ждёт Крул, у меня нет на это времени, - обогнув Батори, Мика вновь быстрым шагом направился в тронный зал. У Крул с Феридом отношения были не сахарные и портились всё больше с каждым годом, поэтому Микаэла надеялся, что лорд не захочет показываться на глаза своей королевы и оставит его в покое.

+1

4

I've been so lonely lonely without you
Two thousand years feeling nothing but blue
Wake me take me let me put my spell on you
Dreamtime eternal the waiting is through(с)

Мика был как всегда холоден. Эта разительная перемена начала проявляться в нем постепенно, с тех пор, как мальчишка стал вампиром, а Ферид самолично перебил его семью. Исчезла надобность в дружелюбных улыбках, неискренних фразах. Поначалу Микаэла его ненавидел – чисто сильно и искренне, но Фериду удалось сбавить градус ненависти по отношению к себе. Не сразу, но постепенно, с помощью настойчивых прикосновений, что так ясно говорили о желаниях лорда Батори.
Эта маленькая игра нравилась Фериду – соответственно мнение Мики волновало исключительно только его самого. Мальчишка поначалу даже пытался сбегать от лорда Батори, теперь же он  стоял и смирно терпел большинство прикосновений вампира, до тех пор, пока они не переходили границу. Ферид никогда не скрывал своих желаний и не страдал излишней стеснительностью и скромностью, и не умел себе отказывать в своих маленьких слабостях. Тем более, когда одна из них находилась так близко, что при желании Ферид мог услышать его дыхание и спокойно бьющееся сердце. Ферид знал, что любая провокация сработает. Он ведь знал Мику, как никто другой. Эти восемь лет научили его читать душу мальчишки, как раскрытую книгу.
Сердце пропустило удар, а взгляд таких знакомых голубых глаз затуманился. Ферид улавливал в них такие знакомые оттенки боли и страха, которые поселились в Мике еще с той ночи, когда Ферид убил его семью. Взгляд алых глаз скользнул по блестящему лезвию и устремился на Мику снова. При желании  Ферид мог бы выбить из его руки меч, но вампир лишь улыбнулся – хищно, неоднозначно. Кончик длинного уха шевельнулся, слушая прерывистый стук сердца подопечного и голос, который звенел от ярости. Ферид подался вперед. Красные глаза вампира блеснули – игра в гляделки была обязательной практикой. Вампир мог смотреть в глаза подопечного долго, не мигая, подобно змее, гипнотизируя и маня.
-Нет,- заверил он Мику. – Не убьешь.
Не сможешь. При всей той ненависти, что так глубоко засела в твоей душе и вычернила ее, уничтожив все самое лучшее. Не сможешь и мы оба это знаем.

Победа в этой игре всегда доставалась Фериду. Взгляд голубых глаз потух, признавая поражение Микаэлы и на этот раз. Это была просто игра. Одни и те же действия и фразы – одни и те же реакции. Но Фериду она не надоела за четыре года. Она просто не могла ему надоесть, по сути. Он всегда получал от нее удовольствие. Мика убрал меч, и это означало, что их краткая встреча была окончена. Но это немного не входило в планы Ферида.
-О! А я как раз направлялся к нашей любимой королеве с отчетом. – Он нагнал Мику в несколько шагов  и снова положил руку ему на плечо. - Мои люди выяснили кое-что по поводу того отряда, которым она так интересовалась. – Ферид перевел взгляд на Мику, чтобы проверить, слушает ли он. Заполучив еще один взгляд голубых глаз, вампир таинственно улыбнулся, демонстрируя клыки.
Хотя отношения между Седьмым основателем и королевой оставляли желать лучшего, Ферид не находил лишним поздороваться с ней лишний раз. Ферид не моргнув глазом, мог лебезить перед ней и юлить, а в следующий момент угрожать ей. Лорд Батори всегда вел себя с предельной осторожностью в ее обществе. Но сейчас рядом с ним был Мика, на которого при случае можно было спустить весь гнев королевы. Тем более что можно было провести второй раунд их маленькой игры. Рука лорда Батори скользнула со спины подопечного вниз и легла на талию. О каких-то ответных действиях Микаэлы мечтать и не приходилось. Ферид конечно мог бы его заставить, но так было не интересно. Гораздо лучше было провоцировать мальчишку раз за разом, подталкивая к краю пропасти.
-Наш отряд выдвигается завтра. – Продолжал весело болтать Ферид, делая вид, что ничего и не произошло. На самом деле ведь ничего и не было. Он просто мягко намекнул Микаэле чего именно делать не стоит. Ведь Фериду не импонировало вытаскивать Мику каждый раз из западни, особенно если та состояла сплошь из людской армии. И все-таки, он слишком потакал мальчишке, не смотря на то, что тот являлся его любимым слугой и подчиненным.
У Ферида были свои причины возвести Мику в этот престижный ранг. И первым была кровь Микаэлы и его частые посещения особняка Ферида, до того, как произошла эта трагичная история. Жаль, что он не мог ее попробовать снова. Сладкий металлический привкус все еще стоял на языке. Ферид снова кинул на подопечного голодный взгляд и сжал пальцы руки, что лежала у него на талии.
-Мы будем стоять возле Северных границ, и защищать их. Поговаривают, что там есть небольшое людское поселение. Что, Мика, все еще не хочешь попробовать на вкус человеческой крови?
Голод и сухая жажда драли благородному лорду Батори глотку, и он начинал думать о том, что неплохо вернуться в особняк и открыть новые запасы человеческой крови. Сам лорд ей не брезговал. И не понимал отказа Мики от нее. Ведь человеческая кровь не кровь вампира, не такая мертвая, и не с их специфичным привкусом и запахом. Лорд Батори задорно подмигнул своему ученику. Опытный взгляд наставника было не обмануть – он знал, что Мика хочет ее попробовать. Нужно было просто посмотреть на это, когда последняя ниточка, которая сдерживает его, порвется и тогда Ферид почувствовал бы, что победа, точно его, заглядывая в глаза, которые станут алыми повторяющими его собственными. Он сам вырастил этого монстра, а теперь готовился спустить его с поводка. Все последние восемь лет шли именно к этому моменту.

Back in blood
Blood is the new black(с)

Отредактировано Ferid Bathory (2015-05-09 00:13:59)

+1

5

Мике давно надоели эти игры. Он прекрасно понимал, что ему нужно перестать так бурно реагировать на подначки Ферида, но чем больше он игнорировал старшего вампира, тем больше новых методов доведения Хьякуи до ручки он находил. Когда дело касалось пустых слов, Микаэла реагировал достаточно спокойно, но как только Ферид понял, что этот метод более не действует, он тут же родил новую идею: прикосновения. По правде сказать, слово "лапать" было наиболее правдивым для описания того, что вытворял лорд Батори. Если сначала он просто обнимал Мику, прижимая к себе и наслаждался тем, как молодой вампир пытается вывернуться из железной хватки, то, когда Мика научился игнорировать и это, в ход пошли настолько откровенные прикосновения, что, наедине с собой, Хьякуя краснел от одних воспоминаний.
И именно поэтому игра, доставляющая Фериду такое удовольствие, продолжалась. Старший вампир выискивал пути вызвать наиболее эмоциональную реакцию, а младший ему её предоставлял. Мике становилось дурно при мысли, что станет следующим шагом, если он когда-нибудь привыкнет настолько, чтобы не реагировать и на лапанье тоже.
Мике хотелось думать, что к тому времени он уже прикончит Ферида, но он понимал, что Батори в сущности прав - он его не убьёт. И дело было не в ненависти Мики, постепенно угасавшей вместе с остальными его эмоциями. Убей он Ферида, Мика стал бы мишенью для всех вампиров, включая Крул, которую Совет Основателей заставил бы расследовать дело и наказать убийцу.
Вампиры могли не быть любящими по отношению к своим сородичам, но законы Сангвинема строго карали за убийство себеподобных.
Если Мика и мог попытаться убить Батори, то переступать дорогу Крул он не хотел ни в коем случае, - эта хрупкая на вид девочка сотрёт его в порошок за долю секунды.
К тому же оставался ещё один неприятный аргумент в пользу терпения и толерантности: Ферид был попросту сильнее его. Мика был сильным вампиром, и всё же противился полной трансформации, которая должна была принести ему львиную часть силы. Поэтому, если только он не сорвётся и не станет полноценным вампиром, он будет слабее Ферида. И даже если он им станет, не факт, что он будет сильнее.
Поэтому, когда рука Ферида вновь легла ему на плечо, Микаэла предпочёл больше не реагировать, в полуха слушая его и кидая быстрый взгляд, когда он заикнулся об отряде, интересовавшем Крул.
"Свои люди" у Ферида были буквально везде. Иногда Мике казалось, что его влияние в Сангвинеме не уступает влиянию Крул. Новость мальчик тоже проигнорировал. Его мало интересовало, поймают ли отряд в его отсутствие или нет, ведь он сам будет в это время в Токио.
Рука Ферида скользнула ниже, ложась ему на талию и заставляя Мику напрячься. Впрочем, шаг он не сбавил.
- Я знаю. - простой ответ на сообщение о том, что они выдвигаются завтра, но для Мики эта поездка значила гораздо больше, - возможность снова увидеть Ю-чана и убедиться, что его армейские друзья ничего с ним не сотворили.
-Мы будем стоять возле Северных границ, и защищать их. Поговаривают, что там есть небольшое людское поселение. Что, Мика, все еще не хочешь попробовать на вкус человеческой крови?
Это была ещё одна игра, придуманая Феридом. С первых дней Мики как вампира он с упорством, достойным лучшего применения, пытался влить в него человеческую кровь. Казалось, Ферид искренне недоумевает, почему его подопечный отказывается от неё, что касалось самого Мики, то сама мысль о крови вызывала у него тошноту... и жажду. Теперь, когда лорд Батори так любезно напомнил Мике о крови, жажда вернулась вновь. Это было похоже на нарастающий зуд во всём теле и Мика знал, что если он не доберётся до Крул с её кровью в ближайшее время, то зуд этот превратится в яростную и болезненную лихорадку.
Надо поспешить, хоть бы Ферид быстрее закончил с отчётом и убрался.
- Я уже сто раз повторял тебе, что не буду пить человеческую кровь. Моё дело - собрать их и переправить сюда. - Мика был уверен, что ему придётся сообщить забывчивому Фериду о том, что он не собирается пить человеческую кровь ещё раз сто.
Пройдя мимо стражи, Мика толкнул двери в тронный зал, заходя внутрь.
Игры для него самого закончились, - ему предстоял трудный отчёт, тем более трудный, что, в отличии от него самого, Ферид добился в деле нахождения людей гораздо больших результатов, а затем долгожданная пробирка крови.

+1

6

Королеву вампиров Ферид с Микаэлой не обнаружили, зато в тронном зале находятся братья Фушими: Крул выбрала отличный момент, чтобы отлучиться по срочным делам. Когда она вернётся неизвестно даже её слугам, но вероятно, что это будет уже после того, как вампиры отправятся в Синдзюку. Последние указания Крул для Микаэлы - найти Юичиро и сбежать с ним от людей и от вампиров указаны в коротком письме, доверенном братьям Фушими.
Королева вампиров рассчитала правильно - любой вампир немедленно сунул бы нос в её указания, детей же больше интересует хорошая еда и её покровительство, нежели какая-то бумажка. К тому же, со скота спрос мал, - мало ли, что они таскают с собой, никто не станет это проверять.

Игрок Krul Tepes выбывает из квеста.

Отредактировано GM (2015-05-21 00:01:36)

0

7

Это только пока, мой милый мальчик. – Ферид усмехнулся от собственных мыслей, поднимая голову, не убирая ладонь с талии Микаэлы. В мечтах Ферида он распивал человеческую кровь, совместно с Микой из двух высоких прозрачных бокалов из-под вина. Человеческая кровь будоражила воображение, возбуждала, и да, через пару мгновений должен был последовать поцелуй. Неистовый и жадный. Он еще помнил вкус его губ, а потому каждая его фантазия имела под собой твердую почву в виде его воспоминаний. Ферид прервал свои фантазии и взглянул на Микаэлу. Ему давно было интересно, какой именно стала его кровь на вкус. Вот только добровольно мальчишка не давался, а поступить так  насильно Ферид не мог. Теоретически, правда, конечно, мог, потому, что элементарно был сильнее, но это опять таки было чревато истерикой от Крул. А вот истерики своей любимой королевы Ферид и на дух не переносил, предпочитая в такие моменты находиться на расстоянии или прятаться за живым щитом, в качестве которого всегда  выбирался Микаэла, потому, что был все время под рукой. И потому Ферид отпустил мальчишку, занимая место позади него, пропуская его первым в зал, готовый в случае чего, спрятаться за ним, надеясь, что Мика его защитит от королевы или Крул будет благосклонна к своему любимчику.

Однако зал оказался неожиданно пуст. Ферид удивленно поднял брови и даже сделал несколько шагов от Микаэлы. И тут его взгляд упал на двух мальчишек. Ферид их помнил. Эти дети все время тянулись к Мике, носились вокруг вампира, как возле восьмого чуда света, что Ферид невольно задавался вопросом. Неужели ему никогда не хотелось глотнуть их крови? Ощутить, как еще живая жертва извивается у тебя в руках? Дрожь тела, крики, которые парализовали бы нервы любого. Лорд Батори метнул быстрый взгляд на Мику. Конечно, он помнил, как проходило большинство их встреч в особняке по одному и тому же сценарию, который абсолютно устраивал Батори. Жаль, что не получится так сделать сейчас. Микаэла наверняка откажется от приглашения посетить особняк Батори, что случалось уже неоднократно. Однако мысли Ферида удачно перескочили с его любовных неудач на братьев Фушими снова и отсутствие Крул.
Значит, она отослала всех на поиски неведомого отряда всего лишь для того, чтобы беспрепятственно  исчезнуть самой. Зачем? Этого Ферид не знал, но возможно знали те двое, которых оставила Крул. Ферид неслышно скользнул к детям, обнимая их обоих за плечи и склоняясь к ним. Он стремился что-то выведать у них самих, благо, что мальчишки знали и самого лорда Батори и Микаэлу.
-Привет, детишки. Вы случайно не знаете, куда пропала наша «мамочка»? – В голосе Батори звучали плохо скрытые ехидные нотки. Он поднял глаза на Мику, который сверлил его взглядом, оставляя на белоснежной одежде вампира аккуратные дырки. Ферид правильно прочел этот взгляд. Он различал различные взгляды и выражения Микаэлы. Сейчас оно говорило, что Седьмому Основателю лучше отступить, если он не хотел остаться без одной из своих конечностей. Ферид убрал руки и отступил от мальчишек на шаг.
-А вы не хотите посетить мой особняк? – Ферид улыбнулся, тут же кидая на Мику заинтересованный взгляд, в котором смешивалось все от голода до желания и любопытства. – А ты, Мика? Ты всегда - мой желанный гость.
Батори скользнул к Микаэле. Мальчишки ничего ему не скажут, а вот Мике очень даже может быть. И вновь Ферид поблагодарил свою прозорливость и то, что он всегда все продумывал до последних мелочей. Хорошо, если ты не усвоил свой урок Микаэла, я повторю его снова, на этот раз, подвергнув тебя еще более жестокому наказанию. Хотя, что могло быть хуже, чем то, что он уже сотворил с его жизнью, сломав ее, сделав своей игрушкой.

Ферид обнял Мику за талию, притягивая к себе, спуская одну руку вниз, проводя ладонью по бедру, второй поворачивая его голову к себе, удерживая возле себя когтями, так, чтобы их лица встретились, и Ферид мог читать все по его глазам. Впрочем, по ощущениям это читалось не хуже. Серебристые ресницы скрыли взгляд вампира, скрывая от подопечного его голодное выражение. Он коснулся губами его щеки, едва касаясь нежной кожи клыками, перемещая ладонь на его пах, поглаживая его, вцепляясь когтями в кожу сильнее, предупреждая мальчика, что если тот дернется, его миловидная мордашка превратится в кровавое месиво, которое даже при всей вампирской регенерации будет заживать очень долго.
-Я буду счастлив, если ты все-таки примешь мое приглашение. Мы бы нашли много интересных занятий. – Он развернулся, шлепнув его по ягодицам, оскалившись в улыбке, демонстрируя клыки. – До завтра, Мика. Впрочем, я все еще надеюсь, что ты передумаешь насчет моего приглашения. До свиданья, ягнятки.
С этими словами, Ферид проследовал к выходу, цокая каблуками от сапог. По крайней мере, поразмыслить было над чем. Внезапный отъезд Крул, человеческие дети, Мика, который собрался от него сбегать. Он холил и лелеял и возился с ним не для того, чтобы тот сбегал от него, и если Микаэле приспичит выкинуть какой-нибудь фортель, Ферид будет рядом, чтобы отгородить своего подопечного от глупых поступков.

---> Поместье Ферида Батори

+2

8

--Начало игры --
12 Мая 2020 года
12:00-18:00 дня

Жизнь в городе вампиров для людей была далеко не легка, что понимали и осознавали все: и каждый человек, будь он "скотом" или солдатом, и каждый вампир, которым, в общем-то, большого дела до этого не было. Однако положением таких людей можно было легко и довольно дешево воспользоваться: пообещай "скоту" долгожданную нормальную пищу - и вот у тебя уже дешевый наемный рабочий. К таким "рабочим" мало кто пристанет (мало ли, что да как, да и какая разница, если важного им всё равно не доверят), и именно этим, как понял Сузуме, руководствовалась королева вампиров, доверяя им письмо к Хьякуя Микаэле. Она не ошиблась: не только никто не тревожил братьев с расспросами, но и подглядеть, что же там написано, Фушими не могли - для этого пришлось бы распечатать письмо. Поэтому, как бы Фушими не жгло внутреннее любопытство, ему пришлось с этим фактом смириться (к тому же, это могло быть тем самым случаем, когда чем меньше знаешь, тем крепче спишь).
- Я соскучился ждать, - тихо пробубнил он себе под нос через какое-то время, присаживаясь на пол у стены и подбирая ноги к груди. Обняв колени руками, он откинулся назад, запрокидывая голову и рассеянно разглядывая потолок. Крул сказала просто ждать здесь, так как Микаэла всё равно должен был в скором времени отчитаться перед ней, но не говорила, сколько именно придется ждать. Впрочем, и не должна была, что Сузуме отлично понимал, но от чего ему не становилось ни капли легче.
Ожидание всегда скрашивало наличие под рукой брата, иногда вдруг выпаливающего привычную поэтичную ерунду, разгадывание которой порой убивало время и даже иногда нравилось Сузуме (на секунду или минуту, когда "расшифровка" удавалась. В противном случае он снова чувствовал себя дураком. В общем, это напоминало что-то вроде игры). Сейчас же Мана полностью углубился в разглядывание трона королевы, так что Сузуме, оторвав взгляд от потолка, стал наблюдать за братом, пока и это занятие ему не наскучило. Поэтому, когда внимание Маны переключилось на виды за окном, Сузуме встал, отряхнулся и хотел было присоединиться к нему, чтобы хотя бы напомнить о своем присутствии, пока тот окончательно не забылся, и поговорить.
Именно тогда на плечи обоих братьев неожиданно легли чьи-то холодные руки, так что Сузуме, и без опыта жизни рядом с вампирами отличавшийся довольно развитым воображением, в панике шарахнулся было прочь, пока по голосу не узнал лорда Батори. Впрочем, вопрос о том, хуже Ферид или лучше тех существ, которых Сузуме представлял дождливыми ночами, все еще оставался открытым.
- Здравствуйте, лорд Ферид, - пряча свое волнение, как можно спокойнее произнес Сузуме, стараясь хоть немного отстраниться от лица бесцеремонно обнявшего братьев за плечи вампира. Дальше говорить он не осмелился, боясь дрожью в голосе выдать свое впечатление его неожиданным появлением и стараясь краем глаза взглянуть на брата, как всегда видя в нём поддержку и буквально посылая взглядом мольбы о помощи. Он ненавидел прикосновения к себе.
Седьмой основатель, надо отдать должное его очаровательным манерам и улыбке, доверия абсолютно не внушал. Частично (хотя, наверное, на добрую половину) на подозрительное отношение к нему влияли остережения Микаэлы, вокруг которого так любили доверчиво крутиться Фушими, на другую - поведение самого лорда. "Если вампиры обращаются с тобой очень дружелюбно, значит, им точно от тебя что-то нужно". Почувствовав, что холодная рука отпустила его плечи, Сузуме поежился и выдохнул со скрытым облегчением. Понять, что же больше его все-таки пугало, было сложновато, а вариантов находилось множество: холод, исходивший от Батори, излишне интимная близость, наглость или сам факт того, что вампир мог в любой момент воткнуть в шею любого из близнецов свои клыки.
Приглашение в особняк Фушими пропустил мимо ушей, а вот при упоминании Микаэлы тут же встрепенулся и отыскал его быстрым взглядом еще до того, как Ферид подпорхнул к тому, собственнически приобнял за талию и поцеловал в щеку. Сузуме зачем-то деликатно отвернулся, пожав плечами. Как только же Ферид покинул зал, Сузуме, уже окончательно оклемавшийся от возмущения действиями вампира, осведомился спокойно, почти с детской непосредственностью:
- Это одна из причин, по которым нужно держаться от него подальше, господин Микаэла? - чтобы уточнить, что он имеет в виду, Фушими указательным пальцем дотронулся до своей правой щеки, сохраняя при этом тот непринуждённый вид и ровный взгляд человека, которого это пока не коснулось, но внутренне пытаясь понять, что же чувствовал Мика, испытавший гораздо больше, чем просто прикосновение к плечу.

+3

9

Начало игры
12 Мая 2020 года
12:00-18:00 дня

Редко жизнь простого скотного двора сотрясали какие-то изменения. Время текло здесь, в колоссальнойподземной темнице, вяло, медленно, позволяя наилучшим образом погрузиться в раздумия о том, как тяжела твоя судьба, и начать постоянно гадать, размышляя, а как сложилась бы жизнь, если бы не...
... Какие развлечения могут быть в жизни тех, от кого требуется не умирать и не болеть, дабы как можно дольше давать кровь, пригодную для употребления в пищу вампирами? Да, пожалуй, никаких. Развлекай себя сам, сетуй на жизнь, рисуй на стенах, отстаивай свою позицию, хоть ненавидь всех вокруг - уйма бесконечно разнообразных и невообразимо схожих между собой видов "досуга" - однако все это скоро надоедает. Время идёт ещё медленнее.
"Сангвинем - наша смола", - с отстранённым сожалением подумал Мана, склонив голову над письмом в руке. Аккуратный белый конверт, гладкая бумага, безукоризненно ровная - волшебная весточка из прошлого, напоминающая о том, что когда-то принадлежало всем.
И все же даже отсюда есть выход. Какие-то лазейки, какая-то, пусть и призрачная, возможность выбраться из смолы, пока она ещё не совсем засохла и не стала для букашек, вроде людей, массовым захоронением, красивой и тоскливой могилой.
Ну, они ещё выберутся. Возможно, не сейчас, не сегодня, но Мана знал, что это однажды случится. И по ощущениям ждать заветного освобождения им осталась не слишком долго.
Оторвавшись от рассматривания королевского трона, Мана посмотрел на свернувшегося у стены брата. Младшенький, порой кажется, и не допускает мысли, что из Сангвинема есть выход. Вот и сейчас он выглядит потерянным и в то же время смирившимся со своей судьбой.
- Тебе одиноко? - Мана, щурясь, не уточняет, что он имеет в виду, и мягко улыбается, скрепляя руки за спиной, держа бесценное письмо. Он чувствовал всем своим естеством, что этот город так и наполнен тоской, и даже самый живой и радостный, наполненный силами человеческий ребёнок, живущий здесь и не до конца осознавший весь трагизм его судьбы, насквозь пропитан запахом смерти, сочащимся из каждой щели в зданиях, от каждого вампира, патрулирующего эти места. Конечно, все это создаёт неизгладимый отпечаток на настроении любого, кто умеет так или иначе оценивать происходящее.
Подхватившись с места, Фушими уже направляется к окну, пряча письмо во внутренний карман куртки, и смотрит туда с внимательным интересом - вдруг он увидит шагающего сюда Мику? Однако все оказалось куда проще, и скоро он, обернувшись к подошедшему к нему брату, улыбнулся, увидев лорда Ферида и за ним - Микаэлу. Тут же на плечо легла тяжелой ношей рука вампира.
- Здрасьте, лорд, - проговорил Мана без тени смятения или страха в голосе или на лице, отрицательно покачав головой на его вопрос. В отличие от младшего брата, в отличие от кого угодно ещё, он привык к происходящему так, как никто иной; его перестало волновать все вокруг, став периодом, который просто надо переждать. Так или иначе, он был вовсе не против. Ему нравилось смотреть за событиями, разворачивающимися вокруг него. Просто смотреть, оставаясь в стороне... Особенные, бесконечно странные. На вопрос Батори о посещении особняка он молча покачал головой, будто бы с недоумением.
Однако даже отстранённый от мира Мана почувствовал какое-то внутреннее негласное облегчение от того, что перестал чувствовать чужую руку на плече. На самом деле, это прикосновение вызывало противоречивые ощущения - любой контакт с другими существами не давал ему потерять нить, связывающую его с реальностью, однако контакт с конкретными... лордами мог вызывать и опасения.
Для верности отступив ещё на пару шагов, Мана с сожалением, явно отразившемся на болезненно бледном лице, посмотрел на Мику, которого тут же начал терроризировать Седьмой основатель. Вновь повернувшись к окну, он тихим шепотом осведомил пустоту, хотя ответ предназначался брату:
- Это меньшее.
Сожаление так и не сошло с лица Маны, когда Ферид, оставив Мику в покое, ушёл по делам.
- Тяжело тебе приходится, - озвучил он вполне явную истину. С сочувствием покачав головой, он продолжил:
- Госпожа Цепеш просила передать тебе письмо, - с каким-то незаинтересованным и в то же время удивительно участливым голосом проговорил он, начиная ощупывать карманы брюк и куртки... И вдруг поднял голову, оповещая:
- ... Исчезло.
Лицо его вдруг сделалось крайне озадаченным и по-детски удивлённым. Задумчиво распахнув глаза, он начал смотреть по сторонам и, наконец, показал пальцем в сторону трона королевы.
- Возможно, я оставил его там?..

+3

10

Крул в зале не оказалось. Микаэла чуть не зарычал, когда увидел пустой трон. Как невовремя! Королева вампиров просто не могла подобрать более удачного момента, чтобы отлучиться. Жажда, густо смешанная с паникой, сдавило горло, заставляя дыхание молодого вампира пресечься. Что если она не вернётся в ближайшие дни? Вроде бы у него была ещё одна пробирка крови дома... или нет?
А если нет, то что? Глядя в одну точку, лихорадочно размышляя о том, как будет выкручиваться, если отстутствие Крул затянется.
Двух мальчиков, стоящих у окна, он заметил не сразу. Зато заметив сразу признал в парочке братьев Фушими, двух детей, пожалуй, единственных, из людей, с кем Мика плотно общался после своего превращения.
Что они тут делают?Мика нахмурился. Человеческому ребёнку не пробраться в тронный зал без приглашения, охрана это не позволит, да и сам зал находился в центре дворца, места, где "скоту" делать было нечего. Значит, Крул пригласила их сюда сама.
Мысли быстро складывались у Мики в голове, формируя картину происходящего и логические цепочки событий. Она позвала их потому, что знала, что между этими детьми и Микой завязались тёплые отношения. Наверняка она доверила им какую-то информацию для него.
Хьякуе очень хотелось надеяться, что эта информация включает в себя инструкцию по тому, как ему прожить без запаса её крови.
-Привет, детишки. Вы случайно не знаете, куда пропала наша «мамочка»? - Ферид уже подошёл к детям и, в тот момент, когда его руки легли им на плечи, Микаэла подобрался, словно готовясь к броску вперёд, смотря на старшего вампира тяжёлым, холодным взглядом, не предвещающим ему ничего хорошего.
По весёлой улыбке Ферида и внимательным глазам, Мика понял, что Батори знает о том, что, сделай он сейчас хоть одно лишнее движение в сторону детей, его подчинённый лишит его рук, а затем и прочих конечностей.
Мика не собирался повторять свои давние ошибки. Теперь у него было достаточно силы, чтобы защищать этих детей, других, Ю-чана...
-А вы не хотите посетить мой особняк? А ты, Мика? Ты всегда - мой желанный гость. - Мика скрипнул зубами. Он помнил особняк Ферида досконально. В детстве он облазил его весь в поисках вожделенной карты, а теперь бесконечные коридоры этого места приходили к нему в редких кошмарах, затягивая в себя, не отпуская из своего лабиринта.
- Мне больше нечего там делать, Ферид. - как можно спокойнее отозвался Хьякуя, скрывая нервную дрожь в голосе. Он не был готов разбираться с жаждой и Феридом одновременно, да к тому же ещё и приглядывать за детьми. Впрочем, Мика смог немного успокоиться, когда Батори отпустил их. Спокойствие, как и догадывался Хьякуя, было недолгим.
Рука вампира обняла его за талию, а острые когти другой впились в щёки, заставляя Мику посмотреть Фериду в глаза. Взгляд голубых глаз заледенел, став почти безжизненным. Мика давно привык абстрагироваться от подобных прикосновений и выпадов в свою сторону, привык подавлять любые эмоции, рвущиеся наружу в такие моменты и просто терпеть до тех пор, пока Ферид не потеряет к нему интерес, что, по счастью, в отсутствии эмоциональной реакции случалось довольно быстро.
Но на этот раз Батори не отпустил. Рука вампира спустилась с его бедра на пах, заставляя Мику резко выдохнуть от неожиданности и стыда, нежели от каких-либо приятных или неприятных ощущений.
Когти впились в лицо сильнее, предупреждая, чтобы он не двигался, и Мике оставалось лишь беспомощно смотреть на Ферида, терпя отвратительно-интимные прикосновения молча.
Всё закончилось так же быстро и внезапно, как и началось. Когти разжались, Ферид выпустил его, попрощался и пошёл по своим делам, словно ничего и не произошло.
Мика смотрел ему вслед, повернувшись спиной к детям, во взгляде вампира мешались ненависть, ярость, стыд и замешательство, - он так и не смог привыкнуть к эксцентричным выходкам лорда.
Сжав руки в кулаки, Хьякуя пытался успокоиться. Впервые Ферид позволил себе такое фривольное поведение на публике, и Мика чувствовал себя униженным прилюдно, от чего обычно бледные щёки начинали гореть от стыда.
Впрочем, когда Мика повернулся к подросткам, его лицо уже было холодным и бесстрастным, как и всегда.
- Это одна из причин, по которым нужно держаться от него подальше, господин Микаэла?
- Да, Сузуме, это одна из многих причин, по которой я прошу вас обоих держаться подальше от него, - Мика старался говорить обычным тоном, чтобы участливый Сузуме не почувствовал в нём холода и тех эмоций, что он на самом деле испытывал.
- Тяжело тебе приходится - ещё один комментарий от Маны, немного странного и отрешённого брата Сузуме, что, впрочем, не меняло отношения Мики к нему ни на йоту.
- Я уже привык. - отозвался вампир, внимательно оглядывая братьев, - Что вы тут делаете? В этот зал людям не должно быть доступа.
- Госпожа Цепеш просила передать тебе письмо. - Мана начал искать у себя что-то по карманам.
Так значит, сообщение от Крул всё же имело место быть! Значит, она оставила Мике инструкции по поводу дальнейших действий и додумалась доверить письмо его друзьям, людям, которых никто из вампиров не стал проверять. Мика с нетерпением следил за поисками Маны, стремясь скорее получить в руки заветную бумажку.
- ... Исчезло.
Глаза Мики расширились, и без того вытянутые зрачки стали вертикальными окончательно, придав взгляду голубых глаз дикость. Неужели Мана его потерял?! Но если это послание попадёт не в те руки... Если кто-то из вампиров узнает, что Крул замешана в секрете Серафима, да к тому же укрывает одного из них среди вампиров, и собирается поймать второго. Мику прошиб холодный пот. С таким компроматом королева быстро слетит с трона, а его самого убьют прежде, чем он сможет что-либо сделать. А затем отправятся за Ю-чаном...
Закусив губу, Мика быстро подошёл к трону, на который указывал Мана, обыскивая его, - нет, ни следа злополучной бумажки.
Вернувшись к мальчику, Мика положил на ладони на его плечи, стискивая их сильнее, чем ему хотелось бы.
- Мана, послушай, это очень важно. Постарайся вспомнить, где ты оставил письмо. Ты клал его куда-нибудь ненадолго? Оставлял кому-нибудь? У тебя его мог забрать Ферид?
От одной мысли Микаэлу передёрнуло. Вот уж кто не сомневаясь задействует информацию против королевы и него самого. Если письмо досталось Фериду - всё пропало, он никогда не сможет найти Ю-чана и спасти его, а будет плясать под дудку этого остроухого подонка, пока тому не наскучит игра и он не прикончит Мику окончательно.
- Сузуме, ты не видел, что стало с письмом? - Мика воззвал к помощи более рационального брата, у которого с памятью было куда как лучше.

+4

11

- Это меньшее.
- Да, Сузуме, это одна из многих причин, по которой я прошу вас обоих держаться подальше от него.

Сузуме молча поджал губы, понимая, что и Мана, и Мика правы, а откровенные прикосновения Ферида - лишь малая часть того, что он может себе позволить. Сочувствие страданиям Микаэлы, который был вынужден терпеть этого подозрительного даже по меркам вампиров лорда и его прикосновения, нашло отражение в молчаливой печали, выраженной взглядом карих глаз. Хьякуя, что не облегчало его участь, проводил с Феридом довольно много времени (то ли потому, что тот за ним приглядывал, то ли потому, что чего-то явно от него хотел, потому и порхал вокруг, как бабочка), а это означало, что творить с ним что ему заблагорассудится Батори мог, когда бы ему не пришла в голову новая пакость.
Сузуме давно понял, что достаточно попробовать поставить себя на чужое место, чтобы понять, как же это чувствуется. Так вот, в который раз представив, как лорд будет крутиться вокруг него и столь свободно распускать руки, Сузуме еще раз проявил молчаливое участие в проблемах Микаэлы. Грустно, что не все понимают значимость такого фактора, как личное пространство.
- Что вы тут делаете? В этот зал людям не должно быть доступа.
Фушими кивнул в пустоту, как бы говоря, что причина есть, и оставил брату объяснения и вручение письма. Отойдя обратно к окну, Сузуме скрестил руки и, наклонившись вперед, уткнулся предплечьями в подоконник, задумчиво уставившись на крыши домов и улиц.
Город под землей был похож на город на поверхности, однако Мана не единожды упоминал, как они разнятся. Сузуме не помнил, что такого было в городах людей, чего не было здесь: дома с крышами и окнами, улицы аккуратные, фонарные столбы, здания - все на месте. Правда, на окнах не было занавесок, служивших в домах людей прикрытием от солнечных лучей. Пожалуй, единственная мелочь, которую Сузуме мог бы припомнить и заскучать: у них в доме в гостиной шторы были длинные и плотные, так что при игре в прятки или просто при случае можно было без проблем спрятаться там. В грозу братья иногда закрывали окна, однако и тогда младший с опаской смотрел на неожиданные вспышки на темной ткани.
В Сангвинеме ни солнца, ни грозы, ни штор не было.
"Боже, о каких глупостях я думаю - шторы", - про себя хмыкнул Сузуме, а секундой позже вздрогнул.
- Сузуме, - мальчик обернулся, растерянно оглядываясь и пытаясь понять, что происходит и что он пропустил, - ты не видел, что стало с письмом?
И все-таки, близнецы были похожи в своей склонности к отстраненный задумчивости.
- Письмо?.. - тихо пробормотал Сузуме себе под нос, пытаясь понять, чего от него хотят. Когда же осознание пришло к нему, Фушими оторвался от подоконника и подошел к брату, хватая его за руку, без малейших колебаний и объяснений расстегивая его куртку и доставая из внутреннего кармана ничуть не помявшийся конверт. Окинув его быстрым оценивающим взглядом, Сузуме кивнул сам себе, - Вот, - и, развернувшись, протянул письмо Микаэле. Замечательно, что он наблюдал за братом как раз в нужный период времени, иначе конверт был бы найден поздно, в лучших традициях: Мика, опечаленный или даже рассерженный, остается ни с чем, а беспечный Мана находит письмо вечером, готовясь ко сну. А ведь так бы и было! Нахождение рядом брата явно идет на пользу их общим делам.

+1

12

Мане окружающие его люди и нелюди всегда казались невероятно забавными. Суетные, беспокойные, нерешительные - и, наоборот, преисполненные глупой гордости, недовольные, несогласные. И все они могут в чём-то ошибаться, а где-то их ответы на вопросы более прочих похожи на правду. Всё это делает их столь удивительно настоящими! Мана был рад, что может находиться среди них, приглядывать за ними, а они, в свою очередь, так или иначе незаметно и совершенно несущественно тормошат его. Хотя, сказать по правде, обычно они ведут себя слишком... посредственно, чтобы обращать на них внимание - чего Мана, собственно, и не делал, живя в мире грёз, чистых и, казалось бы, неправдоподобно детских.
Однако озадаченность младшего брата его умилила - она вечно виделась ему чем-то удивительным. Для Маны Сузуме оставался и по-прежнему остаётся кем-то забавным - попросту потому, что вещи, кажущиеся Мане прописными истинами, могут быть непонятны братику, а ещё он может и вовсе не помнить их. Так или иначе, Мана с интересом посмотрел на его лицо, когда тот оценивающе смотрел в сторону Мики, и скоро перевёл взгляд на удаляющегося восвояси Ферида - пожалуй, оно, несомненно, к лучшему.
Чем меньше вампиров вокруг, тем, пожалуй, и лучше. Ещё одна прописная истина - осознания которой на этот раз не лишён ни единый житель Сангвинема, способный хотя бы сознавать себя. Или любого другого города вампиров, которых наверняка на разных континентах, в разных уголках земли немеренное количество.
А что насчёт Хьякуи Микаэлы? Его синие глаза неизменно выделяли его из общей массы вампиров; помимо прочего, он случайно слышал, как другие вампиры с удивлением и озадаченностью обсуждали его, не понимая, почему блондин никогда не пьёт во время вылазок и захватов новых территорий человеческую кровь - ибо в пределах Сангвинема это условно запрещено. Весьма условно, надо сказать... И тем не менее. Микаэла был другим. Настолько другим, что оберегал братьев Фушими и без жестокости смотрел на всех других детей и прочих жителей Сангвинема; Мана чувствовал и понимал: он другой не потому, что каким-то образом остаётся синеглазым, будучи вампиром - эта черта является лишь скромной и бесконечно крохотной подсказкой к тайне, которую он тяжёлым бременем несёт в своём сердце.
Фушими улыбнулся. Мика - ключ к изменениям в их жизни. Это он осознавал столь же спокойно, сколь уверенно мог сказать, что сейчас находится именно в Сангвинеме - и нигде ещё, кроме этой проклятой каменной клетки для сотен тысяч человеческих, по-бумажному хрупких птичек.
- Ну-у, Ферид, конечно, каверзный змей, но не настолько, чтобы я остался без письма и не заметил этого, - проговорил он, как бы намекая, что письмо всё ещё при нём - вот тут, у сердца, во внутреннем кармане куртки. Всё проще, чем можно подумать - главное, чтобы не только он это знал.
Однако, не успел он насладиться всеобщим замешательством и переполохом в полной мере (хотя выражения лица Микаэлы было, несомненно, достойно того, чтобы его запечатлели на холсте величайшие художники... если такие ещё остались в этом гниющем осином гнезде под названием "планета Земля"), как Сузуме, хитрец эдакий, раскусил его коварный план проще, чем челюсти аллигаторов могут перекусить кости и податливую плоть хомячка.
- Ах, ну вот, - беспечно пробормотал Мана, одёргивая куртку, будто в надежде, что оттуда вывалится ещё что-нибудь дельное. Вот, кстати, он не отказался бы от конфет, которые так любил давно-давно - а их вкус, тягучий и сверкающий, яркий и чарующий, он до сих пор помнил как нельзя лучше.
Он с безынтересно-спокойным лицом посмотрел на отданный Мике конверт. На самом деле, его совершенно не волновало, что там может находиться за чудо-послание и какие тайны отделяет от получателя аккуратный белый конверт. Но, вероятно, раз Крул сочла столь важным обязательно донести какие-то гипотетически важные идеи до своего подчинённого не лично, так хотя бы на бумаге, чтобы Мика узнал о чём-то как можно скорее... вероятно, там было что-то действительно важное.

+2

13

Начало игры
12 Мая 2020 года
12:00-18:00 дня

Каждая встреча – крошечный глазок в мир, где ты мог бы жить.

Сесиль желала встретиться с её господином, идеалом всей её человеческой жизни, Феридом Батори. Она желала этой встречи, словно маленький щенок бежит на встречу к своему хозяину. Возможно, что её верность была слишком глупой, непонимающей для других. Ну и что с этого, если это ей приносило счастье – быть полезной кому-то, не быть обузой. «Если бы не он, то у меня не было бы цели в этом мире. Я только бы тешила себя мыслью о том, что лучше бы я умерла вместе с родителями», - девушка с неестественным цветом волос шла навстречу к её кумиру, видя в нём лишь хорошее и не замечая плохое. Слишком глупа, - скажут про неё люди, на что Каклистэр ответит – слишком слепы. Как только девчушка увидела своего кумира, то её шаг ускорилась, она не шла быстро, а бежала к нему, вновь смотря в его вампирские глаза, похожие на алые капли крови, но Сиси их не боялась, а только была рада вновь увидеть их. От Ферида Баториа она получила разрешение посетить зал и указание присмотреть за Микаэлой Хьякуя. Девушка только наблюдала за уходом своего кумира. Сесиль совсем не понимала, зачем это господину Фериду, но отказать ему не могла, но всегда боялась заходить тронный зал, словно это было место, где не стоит бывать скоту. «Микаэла же не страшный вампир, не думаю, что он будет зол. Я не совсем понимаю их отношения, но если господин Ферид сказал понаблюдать за ним, то я не могу стоять в стороне», - раздумывала Калистэр. Девушку свободно пропустили в тронный зал, благодаря приглашению седьмого основателя. Если бы не оно, то простого скота никогда бы туда не пропустили, чтобы она не говорила.
Войдя в такое место, то девушка сначала начала осматривать зал - он был удивительной красоты, но потом увидела трёх юношей, один из которых был вампиром – Мика, за которым ей и придётся понаблюдать, а двое других - скот, как и она. Девушка выглядела всегда веселой, забавной и жизнерадостной,  несмотря на то, что она проживает все пытки донора, как и братья Фушими. Красива осанка и легкая походка – это было у Калистэр, несмотря на её происхождение. Двигалась легко, словно несильный ветер, лишь слегка сдувая на своем пути листья, лежащие на земле. Её зеленые волосы всегда были распущены, увидеть их в прическе было подобно грому среди ясного неба (очень редко делала хоть какую-ту причёску). Её янтарные глаза смотрела на присутствующих. Голубые глаза Хьякуя не стояли рядом и с тысячами аквамаринов на земле, они, казалось, были ярче самих бриллиантов – красивый и запоминающий цвет глаз, не такой как у всех вампиров. Омуты Сузуме схожи на лесные орехи, которые они с отцом часто собирали, а Маны – на ночь, ночь загадок и тайн.  Глаза – зеркало души. Это верно и посмотрев на глаза окружающих, ты можешь увидеть их душу, но не заглянуть внутрь её. Сесиль с янтарными омутами и легкой походкой подошла, если не подбежала к ним. В их голове, наверняка был вопрос: «что она тут делает?».
- Здравствуйте, - сказала Калистэр своим нежным голосом, девушка вела себя свободно, словно бывала в этом зале не первый раз, - господин Ферид попросил понаблюдать за вами, Микаэла – он беспокоиться о вас, - проговорила девушка, сразу же избавляя их возможности задать вопрос о том, что она тут делает. Девушка была одета, как и юноши, в одежду скота. «Интересно, а что Фушими здесь делают?» - подумалось Сиси, но решила оставить этот вопрос при себе. Девушка руки убрала за спину и сжала их в «замок», при этом наблюдала за окружающими. «Что значит быть частью вашего мира? Остерегаетесь ли вы меня, если я предана Фериду? Я понятия не имею, но я хочу быть частью двух миров. Но говорят, что это невозможно. Но так ли это на самом деле?» - задумалась девушка.

+2

14

Надежды Мики на Сузуме, как на более собранного и понимающего всю важность ситуации, оправдались. Сначала, правда, мальчик тоже выглядел рассеянным, как и его брат, и сердце молодого вампира ухнуло куда-то в пятки при мысли о том, что письмо утеряно. Попади эти указания в дурные руки, и... Что будет потом, Мика затруднялся просчитать, всё зависело, конечно же, от содержания письма и того, насколько откровенно и прямо написала там Крул. Но при одной мысли о том, что указания могут касаться недавно найденного вампирами Ю-чана, у Мики по коже бежали мурашки. За последние годы он, находясь рядом с Крул, увяз в её делах и вампирских интригах по самую макушку. Да и как он мог остаться в стороне, если он не просто был хранителем тайны Крул, он был одной половиной её тайны о Серафимах. Тайной, настолько откровенно выставленной напоказ вампирам, что никто из них о ней не догадался, кроме изворотливого и не в меру хитрого лорда Батори.
Если в письме Крул что-то говорилось о Юичиро, и если оно попадёт не в те руки, то тайна королевы всплывёт наружу, как труп, тщательно укрытый от глаз посторонних толщей воды, и в первую очередь несдобровать будет Мике.
Не имея понятия о своих силах, как носителя гена Серафима, он, тем не менее, опасался, что его сочтут слишком опасным, чтобы оставить жить. Или, что ещё хуже, слишком полезным, чтобы дать умереть. И когда вампиры разберуться с ним, они откроют охоту на Ю-чана.
Микаэла успокоился и перестал накручивать себя только тогда, когда Сузуме вытянул из куртки Маны письмо и бумажный конверт перекочевал в руки Мики. Взгляд вампира смягчился, когда он бегло осмотрел сургучную печать и нашёл её нетронутой и без признаков перезапечатывания.
- Спасибо, Сузуме. И тебе, Мана. Это очень важное для меня письмо, - пояснил Мика братьям, - И вы молодцы, что сохранили его в целости и сохранности. Надеюсь, я смогу сделать что-то и для вас позже.
Скорее всего, в следующую вылазку на поверхность, пока вампиры будут пить, Мика заглянет в один-два разрушенных магазина в поисках сохранившейся там еды. Он сам всё ещё прекрасно помнил, как подводило у него желудок во времена его жизни в качестве донора в Сангвинеме, и был уверен, что братья обрадуются еде гораздо больше, чем его сухой благодарности.
Не то чтобы Мике нужен был повод для такого поступка, иногда он доставал еду в наземном городе совершенно бескорыстно, но в последнее время его гораздо больше заботила судьба названого брата, нежели благотворительность.
Поблагодарив братьев, Мика вновь уставился на письмо. Вскрыть здесь и сейчас? Братьям Фушими он мог доверять, к тому же, что Сузуме, что Мана не будут без спросу лезть в письмо, да и дела Микаэлы их, должно быть, мало интересуют, а вот в письме могли быть срочные указания, выполнять которые следует незамедлительно. С другой стороны, Хьякуя предпочёл бы вскрыть письмо в безопасности своего дома, там, где никто не сможет прочитать его из-за его спины или даже краем глаза уловить хоть слово.
Размышления его прервал звонкий девичий голос.
- Здравствуйте.
- Что ты здесь делаешь, Сесиль? - Мике начинало казаться, что он играет в какого-то дворецкого, встречая в тронном зале непрошенных гостей.
Впрочем, его вопрос был совершенно риторическим, - наверняка разрешение находиться тут дал ей Ферид, который покинул зал минутами позже. А раз так, то Мика, как бы он ни хотел, отменить это решение не может.
Сесиль вызывала в нём смешанные эмоции. С одной стороны, девушка была далека от вампирских интриг и силовых переплетений, с другой стороны, она всё время вертелась возле Ферида, а значит, вполне могла быть его шпионом.
Поэтому, хотя Мика и жалел её, как и всех людей, которым выпала незавидная роль скота, относился он к Сесиль крайне настороженно и без особого доверия.
Словно прочитав его мысли, озвучив цель своего присутствия и заставляя вампира напрячься.
- Как это любезно с его стороны. - раздражённо пробормотал Мика, заткнув письмо за пояс, чтобы не помять при попытке втиснуть ценную бумагу в карман кителя. Он всё ещё не мог простить Фериду представления, устроенного им перед братьями Фушими и унижения, что он ощутил в тот момент. Впрочем, совсем скоро эти чувства покинут его, сменившись ледяным спокойствием, - состоянием, преобладавшем в эмоциональной картине Микаэлы.
- Вынужден тебя огорчить, но мы не говорили ни о чём, что могло бы заинтересовать лорда Батори, - подчёркнуто холодным тоном заявил девушке вампир, не бросив и взгляда на братьев за своей спиной, но отчаянно надеясь, что они уловили намёк, - ни слова о письме при Сесиль.

+2

15

Похоже, брат всё же просто решил пошутить над Микаэлой. Сузуме, бросив на Ману немного сожалеющий взгляд, подумал, что в любой другой момент с удовольствием поддержал бы его шутку и полюбовался реакцией окружающих или, что еще любопытнее, непосредственной жертвы, но явно не в этот раз: Мика вел себя слишком взволнованно и нетерпеливо, чтобы Фушими позволил себе и брату быть к нему столь жестокими. Письмо - то, что в нем было, понятное дело - явно содержало в себе что-то действительно важное, и Сузуме был рад, что просто не осмелился ни подвести доверие Мики в такой момент, ни посмотреть, что же в этом письме такого особенного. Кроме всего прочего и как приятный бонус к личному моральному удовлетворению и выполненному заданию королевы, за удачное выполнение полагается признательность, а признательность может выражаться в чем-то полезном.
- Спасибо, Сузуме. И тебе, Мана. Это очень важное для меня письмо, и вы молодцы, что сохранили его в целости и сохранности.
Фушими кивнул, старательно приподнимая уголки губ. К сожалению и как факт, улыбаться открыто и добродушно ему не позволяли ни довольно скудная мимика, ни порой излишне сдержанный характер, но редкие улыбки всегда были искренни и, пожалуй, в чем-то даже милы. Естественно, сам Сузуме об этом не догадывался, но считал очень важным иногда напрягать мускулы лица, потому что людям было приятно видеть такой отклик. Не нужно говорить, что делать так он был готов далеко не для всех.
- Надеюсь, я смогу сделать что-то и для вас позже.
Неожиданная мысль словно молнией пронзила Фушими, и он, вспомнив о своих не таких давних размышлениях, внимательно взглянул на Микаэлу, нервно сцепив пальцы рук за спиной.
Положение в городе вампиров, а если быть точнее - именно здоровье лично Сузуме и здоровье близнеца, в последнее время все больше волновало его. С тех пор, как ему в голову пришла мысль о том, что и они когда-нибудь умрут, как многие другие дети, постепенно Сузуме начало казаться (скорее всего, он просто стал это замечать), что его самочувствие ухудшается, стали неприятно волновать вздувшиеся вены, головная боль и прочие мелкие и не очень недомогания. Стали волновать настолько, что хотел было просто убедить себя, что ему всего лишь кажется, но не смог.
Единственным и правильным выходом и спасением было бы выбраться из этой тюрьмы, называемой подземным городом. Однако кто же знает, что там - снаружи? Не ждет ли их верная смерть, если там все еще бродит тот ужасный вирус, забравший жизни родителей Фушими и многих других? Или другая опасность?
Ответ на этот вопрос мог бы дать Микаэла, все еще решавший, видимо, что делать с письмом.
- Госпо... - только начав, Сузуме тут же понял, что говорит слишком тихо и хрипло. Выругавшись про себя, он сглотнул собравшийся в горле ком и уже собрался прокашляться, как заметил чью-то фигуру позади Микаэлы.
- Здравствуйте.
Сесиль. Неожиданный гость в таком месте. Сузуме чуть удивленно склонил голову набок, но не успел как следует задаться вопросом и обдумать, что она может делать в тронном зале, как та сама на него ответила.
Рассеянно махнув рукой в знак приветствия, Сузуме тут же сунул обе в карманы куртки и отошел поближе к брату, молча радуясь, что так и не смог спросить того, что хотел. Пожалуй, сначала стоит серьезно об этом поговорить с Маной, а потом уже при случае спрашивать Мику. И даже несмотря на столь теплые отношения, Фушими все еще немного опасался того, как же именно отреагирует Хьякуя на мысль о побеге. Определенно стоило поговорить с братом. А пока...
Опять этот лорд Батори, - промелькнуло у него в голове слегка раздраженно, - и снова она доверчиво ему повинуется.
Сузуме не испытывал какой-либо неприязни конкретно к девушке - в конце концов, в общем и целом она была человеком довольно приятным, что ему приходилось признать, - непонимание вызывала ее одержимость Феридом. Почему именно этот подозрительный вампир - этого Фушими понять не мог, и это его раздражало. Как выражался про себя сгоряча Сузуме, загадки Маны порой решать легче, чем понять, что творится в голове у девушки. И хотя в остальном, хоть и пересекались они редко, можно было вполне без натяжки сказать, что братья и Сесиль вполне себе ладят, эта ее преданность не внушающему доверия лорду ставила рядом с ее именем существенный вопрос в вопросе доверия. Микаэла, вне всяких сомнений заслуживавший его, не раз убеждал их держаться от Батори подальше.
- Вынужден тебя огорчить, но мы не говорили ни о чём, что могло бы заинтересовать лорда Батори.
Для Сузуме более ясного послания и не требовалось. Однако в другом он сдержать себя не смог - другой вопрос сам собой слетел с его губ прежде, чем он успел задаться вопросом, можно ли сейчас вклиниваться в беседу и не возымеет ли вопрос каких-либо неприятных последствий, а внимательный взгляд карих глаз пал прямо на девушку.
- Скажи, почему именно Ферид? В нем есть что-то особенное? - Фушими спроси это привычно-спокойным будничным тоном, хоть и спросил это просто автоматом, просто выпалил не подумав под влиянием эмоций. Скорее всего, под впечатлением недавней сценой, устроенной лордом.

+3

16

Наблюдение за выражением лица собеседника - явно не то, чему каждого ребёнка учат с малых лет. И тем не менее, с возрастом многие учатся делать это самостоятельно - кто в каких целях, таких может быть не одна и не две - неизменно осознавая, что, кажется, иной раз это умение может выручить в самых разных ситуациях.
Мана был как раз из тех, кто учился этому - и, как частенько кажется, научился. Хотя по его своеобразному настроению и виду, словно отрицающему всё происходящее вокруг, и не скажешь, что этот юноша может оказаться наблюдательным или проницательным... Но сейчас ему воистину было интересно смотреть за изменениями, происходящими с лицом не то вампира, не то непонятно кого ещё. Такое удивление - попробуй поищи... Хотя, конечно, оно вовсе не безосновательно. Кажется, он гораздо ближе к королеве Цепеш, чем можно было бы предположить поначалу - куда ближе любого другого вампира. Или аристократа. Будто эти двое хранили какую-то общую тайну - в общем говоря, было заметно и стороннему наблюдателю, что Крул вызывает у Хьякуи явно меньше раздражения, чем Ферид Батори.
Впрочем, пока Мана с деланым разочарованием наблюдал за конвертом, отправляющимся из его рук, вернее, из кармана его куртки в руки Микаэлы, Сузуме о чём-то сосредоточенно размышлял.
- ... Я смогу сделать что-то и для вас позже.
- О... Премного благодарим, - отметил Мана, с интересом переводя взгляд с Микаэлы на младшего брата и сужая тёмные глаза. Кажется, эти слова его очень озадачили... Как же давно он, интересно, размышляет о пользе знакомства их с синеглазым (!) вампиром? Пожалуй, если давно, если эта тема стала для него в некотором роде животрепещущей, он наверняка мог задуматься о том, насколько значимой и решающей их судьбу может стать помощь Мики двоим братьям.
Хотя, конечно, Мана был рад блондину и не как помощнику. Это было бы даже жестоко - водиться с ним только потому, что он может оказаться ангелом-хранителем, подающим руку в беде.
Тем временем в зале прибавилась ещё одна персона. Вообще-то, он никогда раньше, в детстве (ну можно же детством считать период "до", когда он ещё жил в нормальном человеческом мире, в самом деле), не имел за собой склонности замечать даже прибавление гостей в родительском доме, будто все они были для него как минимум стеклянными, как максимум - астральными проекциями, которые он не может нормально различать на фоне стен, дверей и прочих предметов быта. Однако сейчас - совсем другое дело, люди стали для него важнее в наблюдательном плане. Как для психолога со временем становятся неотъемлемой частью его жизни проблемы человека, которые до этого момента он мог не замечать вообще, теперь Мана куда быстрее отметил присутствие Сесиль в зале. Даже быстрее всех остальных, а посему с извечной лёгкой улыбкой повернулся к ней, молча приветливо помахивая ей ладонью.
Такая же, как они - и в то же время бесконечно другая. Поразительно, как сильно могут отличаться друг от друга даже запертые в сыром каменном гробу "паразиты". Характерами, привычками, нравом, отношением ко всему происходящему, мировоззрением - хотя, казалось бы, можно подумать, что одинаково плохое отношение ко всем и каждому без малейших исключений должно подавлять волю и силу духа у людей, они должны постепенно становиться одинаково подавленными и мрачными - прям-таки в лучших традициях антиутопических мечтаний и переживаний некоторых любителей данного жанра.
Сказать по правде, Сангвинем и был антиутопией, разве нет? Мана плохо помнил, что он читал об этом литературном жанре в детстве, да и многих слов, казавшихся очень уж заумными, он тогда не понимал. Но подавление личности, как убогого таракана, кажется, как раз было среди определяющих качеств антиутопии. На самом деле, это грустно. Тут нужно грустить.
Помотав головой, Фушими отметил, что и остальные заметили присутствие Сесиль. Когда она объявила о цели своего прибытия, Мана вдруг коротко рассмеялся - его всегда дивно забавила человеческая честность. Он просто не мог не отметить этого!
- Лорд беспокоится попусту, - улыбаясь, тихо и медленно произнёс он, щуря глаза и всматриваясь вдаль - туда, откуда все они попали в этот зал, словно упомянутый Батори мог сейчас наблюдать за ними из темноты дальних коридоров, тянущихся под этим камнесводом города Сангвинема. Хотя, конечно, если бы лорд всё ещё был бы здесь... наверняка Микаэла заметил бы это. Пусть даже не с...
Не успев додумать, Мана с удивлённо распахнутыми глазами уставился на брата и, немного подумав, положил ладонь ему на макушку.
- И ты тоже.
Эти слова, впрочем, навряд ли имели связь с предыдущей его репликой, хотя и могло возникнуть такое ощущение.
Но Мана с непонятным ощущением лёгкости подумал, что, и впрямь, он не мог не согласиться: привязанность девушки к лорду Батори была удивительной.

+2

17

Игра приостановлена до перемотки времени. Результаты квеста будут объявлены после перемотки.

0